Валерий держал оборону вместе с женой, кусаясь алыми всполохами силы. За их спинами сгрудились домочадцы и персонал. Кто хоть как-то дружил с магией, те помогали, метая магические шары.
Молот холодно оценил обстановку, щурясь и не понимая: прорыв был очень малым, всего лишь одна демонесса и пара высших. Правда, этого с головой хватало для обитателей одного особняка.
Светлый вдруг ускорился, но Молот его придержал.
— Ты не видишь, это она убила тогда Вику! — выпалил Алексей.
— Спокойно, Лёша, — сквозь зубы процедил Молот, первым устремляясь в бой и вставая рядом с облегчённо выдыхающим стариком.
Демонесса словно с интересом осмотрела их обоих, склонила голову набок, будто размышляя, убить сразу или заставить помучиться. Высшие за её спиной сделали шаг вперёд, но взмах красной руки заставил их замереть.
— Он бросил вас… — проговорила демонесса, и в её голосе Молоту почудилось удивление.
Но тут же времени на анализ не осталось, тяжёлая аура опустилась на плечи, словно роняя на них вес всего мира. Михаил резко выдохнул, опираясь на клинок, Светлый согнулся.
— Я хотела лучшего, хотела остановить всё это! — голос демонессы сорвался. — Но механизм запущен.
Вдруг у Молота перед глазами мелькнула яркая молодёжная курточка. Девчонка, кажется, её звали Марго, сестра тела, в котором поселился Тёмный. Михаил потянулся перехватить, не дать сотворить глупость, но аура не позволила ему двигаться достаточно быстро. А демонесса, видимо, не стала вкладывать силу, не воспринимая соплячку как противника.
— Ты не смеешь так говорить! — выкрикнула Марго, замирая перед демонессой и словно закрывая всех своим телом. — Вот уж точно не ты!
Молот, скрипя зубами, сделал шаг, затем ещё один, словно сквозь толщу воды на чудовищной глубине. Дышать было нечем, в голове гремел набат пульса, но паладин изо всех сил стремился к девочке, которая вышла на верную смерть. В этот момент он не думал больше ни о чём, существовала только цель: яркая курточка, которую он должен был убрать за свою спину и защитить от демонов, чего бы это ни стоило. Собственная жизнь и значимость словно отошли на второй план.
Губы Михаила сами собой раздвинулись в хищной усмешке, когда он ощутил, что силы демонессы не безграничны, и давление потихоньку начало спадать.
— Юность всегда глупа и ветрена, — хорошо поставленным учительским тоном произнесла демонесса, глядя на Марго. — Но очень скоро ты поймё…
Договорить она не смогла, получив звонкую пощечину по шлему. Марго зашипела от боли, потрясая ладошкой, но не отвела воинственного взгляда от противницы, которая никак не ожидала подобного от пигалицы.
— Дура! — рявкнула Молот, освобождаясь от ауры демонессы.
Его голос стал словно триггером сразу же для нескольких событий. Михаил пулей устремился вперёд в попытке спасти Марго, двое высших кинулись ему наперерез. Молот ускорился, но ему не хватило каких-то полметра, чтобы остановить руку демонессы, которая наотмашь ударила Марго в ответ. Девочка молча пролетела метра полтора и поломанной игрушкой упала в снег, который тут же окрасился в красный. Вся левая половина её лица превратилась в кровавое месиво.
Зарычав, Молот воплотил меч, замахиваясь на демонессу, но на пути его клинка встал высший. Михаил с рёвом налёг на меч, рассекая демона пополам, краем глаза отмечая, что светлый тоже расправился со своим, пока они не активировали своей огненной защиты, и уже упал на колени перед девчонкой, его руки окутало зелёное свечение.
И если лекарю стоило экономить свои силы на другие дела, то Молота подобные ограничения не касались, он вложил всю свою недюжинную магическую силу в удар, в мгновение ока оказываясь рядом с демонессой, которая оскалилась, что-то прошипела и вдруг провалилась в портал. Клинок Молота со свистом рассёк воздух, поднимая вверх снежную взвесь.
Один лайк, один стакан амброзии!
Глава 3
По местным достопримечательностям
Настроение было хуже некуда, голова болела так, словно ею всю ночь играли в футбол. Я рискнул открыть глаза, упираясь взглядом в какой-то нечёткий потолок.
Вчера, после услышанной от Мишон новости, Кайрон прошамкал на кухню и достал бутыль побольше того бочонка, что был на столе. Видимо, простейшая реакция на стресс. Меня не хватило на всю, но я держался как лев, правда выглядел после пьянки, скорей всего, как побитая собака. И, судя по отрывочным воспоминаниям, сознание уплыло от меня гораздо раньше, чем закончилась бутыль.
— Силён, человек, ничего не скажешь, — произнёс бодрый голос над ухом, обжигая дыханием.