Пока я осматривал высоко расположенную пробоину, Айрин добралась по снегу к шлюзу. Она прикоснулась к корпусу корабля рукой в тонкой перчатке, погладила его, будто своего детёныша.
— О, Космокроха… — жалостливо прошептала она. — Мне жаль, что с тобой так вышло, я тебя не уберегла, — Айрин обернулась на меня. — Виан, вы не представляете сколько мы с Космокрохой пережили. Я вытащила этого малыша с аукциона. Всю стипендию вложила, взяла кредит… Мы с ним были неразлучны. Но последнее время нам страшно не везло. Пошли поломки. Вот только-только закончила очередной ремонт и…
— Ремонт был связан с топливным отсеком? — уточнил я.
Глаза Айрин расширились от удивления, смешанного с нелепым восхищением.
— Как вы догадались, виан? Да! Была проблема с балансировкой масс, инженер предложил как временное решение перенести топливный блок в хвостовой модуль. Это стоило мне целое состояние! А потом эти пираты… Ну надо же было такой невезучей родиться!
Я был не согласен с её оценкой. Наоборот — я бы сказал, что в том космическом бою Айрин крупно повезло.
Мои пальцы провели по оплавленному краю пробоины. Материал был испещрен микровкраплениями бронебойного сплава — следы боевых снарядов. Стреляли прицельно. Высокоэнергетические боеприпасы, нацеленные в стандартное расположение топливного бака. Цель была не захватить, не ограбить — цель была уничтожить.
Стереть этот шаттл и всё, что внутри, в пыль. Они не знали о кустарной модификации. Эта самка не должна была выжить.
Судя по степени оплавленности корпуса и остаточной энергетической сигнатуре, Айрин немедленно совершила аварийный прыжок из гипертуннеля — в этот космический сектор. Пираты, вероятно, сочли её уничтоженной. Но если они всё же решат проверить…
Внезапно в моей грудной клетке возникло странное, жгучее ощущение. Я невольно представил, как появляются из ниоткуда пиратские корабли, нарушая тишину моей планеты. Представил, как встречаю их… и разрываю на куски.
Эта мысленная картинка вызвала не запуск “анализа угрозы”, а какое-то странное удовлетворение, замешанное на выплеснутой ярости.
Ещё одна нерациональная эмоция.
В своей истинной форме я блокировал такие бесполезные всплески. Эмоции — это неэффективно. Но в гуманоидной оболочке контролировать их было сложнее. Жжение в груди вернулось, теперь окрашенное в узнаваемый цвет гнева.
Я тут же поискал логическое объяснение тому, что ощутил. И нашёл. Дело было не в самке. А в том, что из-за “пиратов” у меня прибавилось дел. Без них эта женская особь спокойно добралась бы до своего пункта назначения, и ничто не нарушило бы размеренный ход моих дней.
А теперь — надо решать проблемы…
Тем временем “проблема” суетилась у заклинившего шлюза. Она пыталась его открыть. Медные волосы выбились из хвоста и развевались на ледяном ветру. В движениях Айрин проскальзывала какая-то отчаянная, суетливая энергия. Она напомнила мне маленькую рыжую лисичку с Земли-один — планеты, на которой началось моё существование.
Забавные хвостатые создания.
На них тоже можно долго смотреть. Без какой-либо особой причины.
Просто потому что их поведение кажется… любопытно нелогичным. “Забавным” — как сказали бы люди.
— Да откройся же, Кроха! Ну не упрямься, — ворчала Айрин, упираясь в рычаг ручного аварийного привода. На корабле не было энергии, и механизм не поддавался её слабым усилиям. Её золотой хвост возмущённо выгибался дугой.
Я мог бы подойти и помочь… но вместо этого мысленно потянулся к той колонии своих клеток, что циркулировала в кровотоке Айрин. И отдал им приказ — временно усилить нейронную проводимость и сократительную способность мышечных волокон рук и плечевого пояса. Минимально необходимый импульс.
Задача ушла в выполнение.
Силы Айрин увеличились. И это совпало с тем, что она как раз снова дёрнула на себя упрямый рычаг.
Раздался громкий металлический скрежет. Рычаг провернулся. Шлюз, поддавшись, с шипением отъехал в сторону, обнажив тёмный проход в холодные внутренности корабля.
Айрин замерла на секунду, не веря своему успеху, а потом её лицо озарила широкая, сияющая улыбка.