— Хм…
— А ещё тут так тихо… Как вы давно вы тут находитесь совсем один, виан Кай?
— Прилично…
— Это сколько?
— Много… — чуть подумав, я уточнил свой ответ: — Но не всю жизнь.
И Айрин вдруг негромко рассмеялась. Скорее даже зафыркала. Это был просто прерывистый звук из последовательных выдохов… но он вызвал странное, щекотное ощущение в области моей грудной клетки, словно группа клеток там ненадолго вышла из строя.
Это было ненормально. И лишь подтверждало первоначальный вывод: эта самка — дестабилизирующий фактор. От неё необходимо избавиться.
Не прямо сейчас, но… нельзя позволить странностям зайти ещё дальше.
Для начала — надо меньше разглядывать эту самку. Меньше с ней говорить. И не допускать физического контакта.
— И как вы справляетесь здесь совсем один? — тем временем спросила она, всё ещё улыбаясь.
Я пожал плечами, кажется этот жест мне удался как надо. Я и впрямь не понимал сути вопроса. И не желая продолжать разговор, отвернулся. Сосредоточился на движении.
— Вы не очень любите разговаривать, да?
— Люблю тишину.
— Намёк понят, — преувеличенно тяжко вздохнула шиарийка.
Какое-то время мы шли в тишине…
В условной…
Потому что вскоре я стал слишком хорошо слышать, как стучат зубы у Айрин.
Она серьёзно замёрзла. Её дрожь усилилась, замедляя наш и без того невысокий темп.
Это можно было решить... Крошечная колония моих клеток, переданная самке через касание слизистых всё ещё циркулировала в её кровотоке. Я мог дать им команду — встроиться в структуру капилляров, перенаправить поток крови, временно усилить метаболизм в мышечных тканях. Это не было бы заметно, но повысило бы внутреннюю температуру самки на 1-2 градуса, что придаст ей сил.
Я взвесил за и против.
За: увеличение мобильности, ускорение достижения цели.
Против: необоснованный расход энергии.
Но логика подсказывала, что плюсы перевешивают. Медленная самка была невыгодна. Значит, я сделаю, как будет лучше для меня.
Сфокусировавшись, я послал ментальный импульс. Мои клетки внутри Айрин откликнулись. Приняв команду, начали движение к мышечным группам…
“Это правильно! Усилим самку, чтобы она смогла лучше воспроизвести потомство. Чтобы всегда была здоровой. Чтобы выдержала контакт оплодотворения на снегу. Хотим заботиться о нашей самке… “
“Цель — не “забота”, а эффективность!”, — раздражённо ответил я этому внутреннему хору. Но с тем же результатом можно было швыряться снегом в небо, надеясь сбить пару звёзд.
Зацикленность клеток на “стае” — была тем, что я желал бы вырвать из себя. Связь с другими ведёт к ранам и даже уничтожению. Метаморфы видят в тебе угрозу, гуманоиды — монстра. Изоляция — единственная верная стратегия. Спокойствие, тишина и…
— Ох! У меня как будто второе дыхание открылось, — вздохнула позади Айрин, эту самую тишину нарушая. Она больше не стучала зубами, и её звонкий голос звучал куда бодрее, чем раньше. — Интересно, такой прилив сил, это из-за свежего воздуха? Он тут на вкус сладкий, чем-то похож на кокосовое мороженое… Или я просто голодная. Знаете, в академии я всегда… О, я вижу шаттл! Там, впереди!
Ускорив шаг, неугомонная самка нагнала меня. И мягко улыбнулась, заглянув в лицо.
— Мы добрались, виан-геолог.
Со странной смесью непонятных эмоций-вспышек в груди я приподнял уголки губ в визуальном отображении человеческого одобрения.
— Да.
Вскоре мы подошли к месту падения.
Мой взгляд скользнул по искореженному корпусу, анализируя характер повреждений. Наполовину погружённый в снег, шаттл лежал на боку, словно сраженный зверь. Его некогда гладкая обшивка уродливо вздулась от перегрева, всюду виднелись рваные пробоины.
Судя по распределению повреждений, основной удар пришелся на область топливного отсека. Но… это было странно. Удар был достаточной силы, топливо должно было взорваться, а шаттл вместе с пилотом разлететься ошмётками. Однако… дыра есть — но ожидаемых фатальных повреждений нет.