Светлана Королёва 16:13
Я люблю тебя.
Я бы никогда не подумала, что смогу сказать такое парню. Да и ещё сказать ему. Я любила Сергея Волкова. Он был также сломан, как и я. Парень запутался в детстве и хотел хоть какое-то внимание. Он ненавидел всех вокруг, но тогда любил только себя. Мальчишка любил и Леонтьева, как и Мухину. Но любил их как своих приятелей. Я понимала, всё что он творил со мной, тут нет никаких оправданий в его сторону. Мы сами решаем кем нам быть, даже в детстве.
Были виноваты родители. Всё также идёт из-за воспитание, но им никто не занимался. Он был никем в собственном доме, пока все дети, в том числе и я, получали любовь и ласку. И только мальчишка получал удовольствие на улице, чтобы не чувствовать себя, как дома.
Но мальчишка исчез. От него ничего не осталось.
И появился Сергей Волков.
Пальцы тут же остановились. Парень смотрел лишь на моё сообщение и я заметила, как у него дрожали руки. Волков тяжело выдохнул и хотел уже что-то написать, как ему тут же позвонили. Музыка заставила всех посмотреть в нашу сторону и в основном только на Серёжу.
Парень перестал горбиться и выпрямился, осматривая всех вокруг.
Ему звонил Леонтьев.
Парень нажал на «ответить» и включил громкость.
— Поздравляю, ты победил, — смеялся в трубку Леонтьев. — Кто же знал, что в мой тусич высветится новость обо мне в интернете, какой я стал популярный, — его смех был каким-то нервным. Все сидели и молча слушали Леонтьева, который то и дело, что нервно смеялся.
У кого-то поехала крыша…
Тут смех резко прекращается.
— И всё ради какой-то девчонки. Докатились, Волков влюбился и готов сделать всё, чтобы у неё было всё супер, — после этих слов, Алёна лишь закатила глаза и тяжело выдохнула, явно не радуясь заявлением Леонтьева.
Тяжёлый выдох.
— Что тебе даст эта влюблённость?
— Умиротворение, — кратко и просто ответил Волков.
Тихий смешок в трубке.
— Какая по*бень, — уставшим голосом сказал Вася.
— Ты всё просрал, — начал уже свой монолог Волков. — То что было у тебя с Юлей, во всём лишь виноват ты, — напоминал парню Волков про мою сестру и их отношения. — Ты был собственником, не давал ей ничего делать, держал всегда у себя под рукой, будто она твоя игрушка для очередного секса.
— Я любил её, — заявил Леонтьев, от чего у меня был шок.
— У тебя странная любовь, — спокойно сказал Сергей.
Нервный смешок.
— Спасибо моему папочке, — смеялся Леонтьев. Смех стал ему зашитной реакцией. — Сам прекрасно знал, как он меня *башил, и ногами и руками. Никогда не забуду это, мне же всего лишь семь лет было, — теперь у Леонтьева такое состояние паршивое стало, да и насрать. Он сам выкапывал себе яму. — Дай ей трубку,— я вскинула бровь, смотря на Волкова, который сам не понимал, что тот имел ввиду.
— Кому? — не понял Серёжа, вскинув бровь.
— Девушке твоей.
Волков протянул мне телефон и я тут же взяла его в руки. Я сглотнула и попыталась набраться смелости сказать простое «Алло». Какой позор. Недавно с ним виделась и так ему отвечала, что мама не горюй, а тут уже срусь.
— Передай Юле, что мне жаль, — услышала я, от чего мои руки тут же начали дрожать.
Я набрала воздуха и выдохнула.
— Даже несмотря на твоего отца, который тебя унижал в детстве, то ты мог не ходить по его стопам быть садистом, — спокойно начала говорить я. — Есть много людей, который жили также как ты, но они понимали, что всё это херня полная и делали всё, чтобы не стать, как их родители, даже мечтали избавиться от них. Но ты решил пойти по пути отца и стать таким же садистом, как он. Твоя психика не выдержала, и ты пытался насолить отцу тем, чтобы он тебя часто прикрывал. Но ты перегнул палку, Вася. Ты стал хуже отца, — я слышала лишь его дыхание в трубке. — У тебя вроде мама хорошая?
— Мать не знала о том, что творит мой отец и я тоже, — всё-таки решился заговорить парень.
— Она была тем, кто мог был тебе помочь, так как ты её сын, которого она любит больше, чем собственного мужа, — я говорила спокойно, без запинок. Была очень уверена в своих словах.
Может я где-то была неправа. Может он был слишком слаб, что поддался всему этому. Он не виноват бы в том, что у него такой отец. Леонтьев виноват лишь в своих поступках, которые совершал с радостью, думая, что так отец поймёт кого он вырастил своим таким «воспитанием». Но всё стало только хуже — отец начал это принимать, может иногда бил своего взрослого сына, но потом перестал, потому что знал, что мог сам получить от собственного ребёнка.
Единственное, что меня волновало, почему он не нанял тех, кто мог бы быстро с этим разобраться? Ну если подумать логически — он тупо не успел бы. Мы выложили всё это очень быстро и никто из компании Леонтьева не знал об подставе. Плюс, мы выложили в социальные сети, где есть большая аудитория, которая увидит всё сразу через секунду. Леонтьев тупо бы не смог всё это очистить за несколько минут. Парень тупо сдался. Он понял, что всё кончено. Он проиграл.