— О чём?
— О том, что Белла хреново сыграла в фильме, — захихикала я.
Соврала.
***
— Света, — классная руководительница зашла к нам в кабинет, когда все собирались и уже хотели уйти домой, так как закончился последний урок. Татьяна Николаевна в возрасте тридцати пяти лет стояла с добрым выражением лица и смотрела на меня. — Зайди ко мне, поговорить нужно.
Я переглянулась с Монстром, тот лишь со спокойным лицом кивнул мне. Парень прошёл мимо меня и сказал, что ждёт у вахты.
Я зашла с Татьяной Николаевной к ней в кабинет и села за первую парту, напротив её стола.
— Светочка, ты меня пугаешь, — начала женщина от чего я очень удивилась.
— В смысле? Я что-то ужасное сделала? — Мои глаза приняли форму пяти рублей.
Вроде я веду себя, как обычно: без всяких хулиганств, всегда всё выполняю на уроках, у меня нет конфликтов с учителями. Что же я такое сделала?
Женщина достала из своего стола мои тетради по русскому и по химии.
Попадос.
— Валентина Сергеевна сказала, что твои оценки по русскому с каждый днём всё хуже и хуже, а Галина Владимировна сказала, что на её уроке ты витаешь в облаках, — Татьяна Николаевна тяжело вздохнула и с обеспокоенными глазами смотрела на меня.
Ну да, самая лучшая хорошистка класса вдруг начинает получать двойки и тройки, и именно только по двум предметам, странно, что Юрий Александрович жалеет меня и ставит твёрдую четвёрку по физкультуре. Русский я более менее понимала, но единственный предмет, который мне дан и который я искренне люблю — математика. У меня никогда не было троек в четверти, может с первого по пятый класс я заканчивала четверть с одними пятёрками, то в следующих классах — я немного скатилась. Единственное чему я рада — мама говорит, что учиться это хорошо, но не забивай себе этим голову слишком часто. Всё-таки, я не только должна жить уроками, но и друзьями и семьёй.
Я очень благодарна маме, что она не давила на меня из-за учёбы, потому что прекрасно понимала меня. Она тоже была ребёнком и училась в школе.
Из-за всего происходящего в данный момент — учёба скатилась в самый низ и я лишь думала о спасение себя и вообще города в целом, потому что никто не подозревает, что вообще у нас происходит и кто работает тут.
На уроках русского я думаю лишь о проделках Леонтьева и его сына, а на химии — переписываюсь с ребятами в беседе, обсуждая наши дальнейшие действия.
Я не знаю, как так получилось, но почему-то именно на этих уроках я не работаю.
— Извините, дело в том, что я немного волнуюсь по поводу экзаменов, которые вот уже скоро начнутся, — я начала придумывать отговорку.
— Светочка, я понимаю всё. Экзамены. Из-за них появляются трудности, но постарайся теперь хоть как-то стараться. ОГЭ не такое уж сложное, это как дать обычную контрольную, — начала утешать меня классная руководительница.
Может для других это легко, но не всем дана математика уж точно. И из-за экзаменов школьники убивают себе только нервы, потому что даже учителя их запугивают.
Ну да, как контрольная. У нас половина класса даже обычную контрольную решить не могут, особенно по математике.
Мне уже нужно уходить.
— Обещаю, что всё будет нормально и вы больше не услышите от учителей жалобы на меня. Я пошла, до свидания! — я схватила рюкзак и быстро рванула из кабинета, хотя Татьяна Николаевна была в недоумении и явно не договорила. Кричала мне, но я не слышала.
Отлично, я не дослушала до конца учителя и сбежала. Я никогда так ещё не делала… Вся это ситуация потихоньку меняет меня. Но на самом деле, меня волнует лишь Леонтьев. Я боюсь. Поэтому уроки сдвинулись на второй план.
Я быстро спускалась по лестнице и тут же побежала к вахте, где ждал меня Монстр. Парень сидел в телефоне, но услышав быстрые шаги, тут же посмотрел на меня.
И тут…грохот.
Я споткнулась об свои же ноги и упала прямо при Монстре и вахтёрши.
Парень тут же рванулся ко мне, пока я была на полу.
— Господи-боже-мой, — услышала я вахтёршу. — Деточка, всё хорошо?
Волков присел на корточки и принялся помогать мне вставать.
— Куда ты так летишь? — Монстр помог мне встать на ноги и, облизнув свой большой палец, принялся что-то вытирать с моей щеки. — Можно было и не спешить, всё равно нас ждут. И не умерли бы от ожидания.
Жесть у него забота такая ко мне. Даже Ваня не мог позволить делать что-то со мной наподобие действий Монстра.
— Что она сказала? — парень потрепал меня по голове и взял мой рюкзак в руки.
— Что у меня всё плохо с русским и химией, — я дунула на прядь волос, которая мешала мне смотреть на парня, так как лезла мне в глаза.
Монстр убрал прядь за ухо и тяжело вздохнул.