— Надеюсь, ты заблудишься и не вернешься, — отпиваю вино из бокала. — Обещаю сыграть первоклассную вдову.
— Ты будешь первая, за кем я приду. А теперь марш спать. У нас завтра стрельбище и лесная тропа.
Ох, сначала надо пережить широкую двуспальную кровать…
Поднимаюсь и, не глядя на своего мучителя, ухожу. Но хлесткий удар тяжелой ладонью приходится по правой ягодице. А следом вымученное: «бля-а-адь». Моя задница горит от удара, когда Монстр испускает стон удовольствия. Ненормальный мужлан!
— Пусть только попробует переступить порог номера… — бурчу под нос.
Глава 14. Марго
Зайдя в номер, сбрасываю туфли. С высотой каблука Борзов перестарался, или кто-то другой оформлял заказ в магазине?
По икрам перекатывается покалывающее чувство. В стопах тяжесть, хоть вой.
Из-за выпитого бокала вина в голове собирается туман, и дико клонит в сон. Да и дальняя дорога со странным ужином накладывают отпечаток. Одно знакомство с Калачом как полжизни отняло.
В ванной комнате сбрасываю с себя платье, смываю косметику и принимаю быстрый душ. Замотавшись в махровое полотенце, выхожу и натыкаюсь взглядом на открытый чемодан, из которого виднеется раскрытый пакет с нижним бельем.
Не помню, чтобы оставляла все в таком виде…
Прижимаю полотенце теснее к груди и проклинаю работников отеля, что зажали полотенце нормального размера. Это чуть прикрывает бедра.
Подхожу к чемодану и, как в фильмах, смотрю по сторонам в поиске того, кто бы мог вытащить мое белье. Руки тянутся к кружевному лифчику с косточками и из того же комплекта бразилиано.
Я больше люблю стринги, но эта модель вполне себе ничего. На лейбле красуется название дорогущей марки нижнего белья. В городе Борзовых такое не купишь. Это заказ… из столицы.
Почему-то хочется думать, что это делалось не для галочки, а чтобы сделать мне приятное. Ох, Марго… Будь здесь Мари — она бы вкрутила мои мозги обратно.
Просто Монстр же дважды видел мои трусы и сделал какие-то выводы. То есть: кружево, сеточка, нежный орнамент и все такое. Да и с размером угадал, как на меня шили.
Надев лишь трусы, сверху накидываю короткую шелковую сорочку и отправляюсь в кровать. Простыни прохладные, и на коже выступают мурашки. Одеяло зазывно хрустит.
Выключаю свет и укладываю голову на подушку. Завтра и впрямь тяжелый день. Не переживу позора, если на стрельбище промажу из-за того, что не выспалась.
Под тяжестью век, прикрываю глаза и, кажется, засыпаю. Сквозь дрему слышу тихие шаги мужских ботинок по ковролину. В нос настырно забивается знакомый мужской аромат, который даже во сне вызывает обильное слюноотделение.
Поворачиваюсь на другой, бок, и… похныкиваю.
Нужно было дождаться, чтобы хмель полностью выветрился из моей головы. Вместо этого погружаюсь в пограничное состояние, когда все, что вижу, слышу и чувствую — словно не со мной. В реальность вернуться сложно. Будто меня кто-то крепко удерживает.
Матрас подо мной проминается, и я… чуть приоткрываю веки.
— Я переступил порог номера, Марго, — говорит надо мной, уперев руки по обе стороны от моей головы. Его тон вызывающе тверд.
От Монстра пахнет отельным гелем для душа. Дешевым. Ничего особенного, запах типичный и скучный. Но почему-то его хочется вдыхать. Он странным образом будоражит меня, и я… блаженно улыбаюсь.
Мне все снится. Будь это правдой, я бы давным-давно сжимала рукоятку своего пистолета, который предусмотрительно положила под подушку. Но его нет, как и того, что мои руки свободно обвивают сильную шею Рафа.
— Молчишь? — Кончик его языка трогает нижнюю губу. Это действие меня завораживает.
— Это все равно сон. Я ни за что не поверю, что в такой критический момент ты еще дышишь, — резко вдыхаю, когда Борзов приподнимается.
Раньше не замечала, что черты лица Монстра слишком правильные для такого ужасного мужчины. Их хочется обводить по контуру раз за разом, пока не надоест.
Сердце ворочается в груди, выплескивая порции горячей крови по венам. Каждое сокращение — извращенный спазм.