— Открой рот и высунь язык, — шумно выдыхает.
Я, конечно, не собираюсь этого делать. Закричала бы. Но в этом лесу только мы и пара белок.
Борзов надавливает на щеки. Рот приоткрывается. Монстр берет мою раскрытую ладонь и проводит внутренней стороной по губам, собирая выступившую слюну. Попытки вырваться пресекаются хваткой еще сильнее.
— Послушная девочка. Почти. Я научу тебя.
Ахаю и давлюсь порцией воздуха. В мою руку вкладывают что-то твердое, горячее. Большое.
Толчок. Ладонь заскользила по напряженному члену. А на губы обрушилась вся сила Рафа Борзова. Он всасывает в свой рот мои губы, языком глубоко вылизывает. Я протяжно застонала.
Монстр без капли жалости сминает мои губы, покусывает их, оставляя следы своих зубов, и толкается и толкается. Что языком в мой рот, что своим членом мне в руку.
Все движения Рафа жесткие, резкие, одержимые. Он словно слетел с катушек, и при этом довольно четко себя контролирует. Если он и сжимает мое горло, то перекрывает поток воздуха лишь наполовину. Кислород все равно поступает в легкие, одаривая легкой порцией головокружения.
Борзов берет меня грубо, толкается в руку часто и быстро. Дышит в мой рот, когда поцелуи прекращаются. Его глаза остекленели от желания.
Стало любопытно, а какой он, когда получает желаемое от женщины?...
Облизав его нижнюю губу, вскидываю поплывший взгляд на своего Монстра. Сейчас я не чувствую себя игрушкой, проблемой или ненужной девкой. Исчезло ощущение, что этого убийцу вынудили меня защищать. Я — будто часть него, этого безумного Монстра.
Когда в ладонь брызгает обжигающая жидкость, Раф стонет, прислонившись лбом к моему плечу. Другую руку я кладу на его голову и пальцами зарываюсь в его волосы, притягивая Борзова ближе.
Черт, в этот самый момент он слабый, а я сильная. Незабываемое ощущение превосходства взрывает наполненные восторгом клетки. Да я от этого чувства вот-вот получу оргазм.
Раф указательным пальцем собирает по моей ладони сперму, и… размазывает ее по моим губам, как помаду. Смотрит, пока проделывает это со мной, и его зрачки расширяются.
Между ног тем временем собралась пульсация, и я почти подыхаю от ее силы и пустоты внутри. Словно забрались на самую высокую точку горы, чтобы тут же скатиться кубарем.
Ненавижу это состояние, когда нужно… просить.
— Оближи, — тщательно размазав, хрипло говорит.
Все тело трясет. Вдох выходит рваным. Я еле стою на ногах, потому что мое возбуждение не закончилось яркой вспышкой.
Но, глядя в чернющие глаза Монстра, что душат одним лишь взглядом, облизываю сначала нижнюю губу, потом верхнюю. Раскатываю солоновато-горький вкус по языку.
— Ну и гадость.
— Привыкнешь.
И без спроса открывает мой брошенный рюкзак, чтобы вытащить оттуда влажные салфетки. Бережно берет мою руку в своем семени и вытирает каждый пальчик.
— Пистолет мой вернешь?
— Если попросишь на коленях, — говорит на полном серьезе. Я зло выдыхаю.
— Он мой! — отталкиваю Борзова, и, взяв другую салфетку, протираю во второй раз уже чистую руку.
Демонстративно морщусь, словно меня тошнит. Хотя, если быть честной… Ничего противного я не испытала.
Волнение — безусловно. Возбуждение — запредельное. И лишь в самом начале мелькнул страх: вдруг он прямо сейчас, под этой елью возьмет и нагнет.
В этом всем я снова почувствовала, как в моих руках не только его член, но и бразды правления обезумевшего Монстра.
— Стрелять научись, а то мажешь, как дилетантка.
Вскидываю подбородок и выкидываю салфетку. Вяло оглядываю сосредоточенного Борзова. Он свел брови и поджал губы. Влажная челка продолжает свисать на лоб. Раф манит меня.
— А я не промазала. Я целилась ровно туда, куда и хотела. В ствол дерева. Траектория моей пули просто пролегала над твоим плечом и слева от головы.
Борзов подходит, и я заключаю свое желание отступить под замок. Не сметь, Марго! От упрямого и любопытного взгляда Рафа во рту пересыхает. Облизываю губы, и вновь чувствую вкус его семени. И вижу довольную улыбку Борзова. Щеки сразу же алеют, а вожжи, которые, как думала, схватила крепко, рассыпаются в прах и осыпаются под ногами.