На часах было шесть, когда я не поленился и объехал несколько частных обучающих центров в поисках учителя для Лиры и Иви, но нигде не нашёл то, что меня бы устроило. С кем-то из преподавателей поговорил лично, поражаясь их безграмотности (от Селестия я узнал в сотню раз больше!), на кого-то посмотрел по электронной картотеке, но в итоге так и уехал ни с чем. Я не собирался платить бешеные деньги только за то, что девчонки сами могут прочитать в любой брошюре для абитуриентов и на мало-мальском приличном сайте для немагов.
Нет, я готов был платить. Но только за реальный результат.
ГЛАВА 15
Домой вернулся только к восьми, зато там меня ждало и разогретое к моему приходу жаркое, и острый салат с фасолью, и яблочный штрудель, и божественный байховый чай со смородиной. Семья тоже ждала, но мудрый Залдан не подпустил нас друг к другу до того, как я наелся, а там уже и не слишком радостные новости воспринялись, как неизбежное, но вполне решаемое зло.
Больны оказались все четверо в той или иной степени. Майя, и так понятно, лейкемией с настойчивой рекомендацией к срочной операции. Марк — старый и плохо пролеченный компрессионный перелом сразу трёх позвонков с последствием в виде смещения и нервных защемлений. Иви — легкая сердечная недостаточность (всё-таки не долечил!) и минеральная дистрофия, которая в дальнейшем может привести к существенному отставанию в росте. А у Лиры, как ни странно, язва желудка в стадии обострения.
— Язва?! В шестнадцать? — Я смотрел на эльфу и откровенно недоумевал. — Как?!
— Нервы, Линн. Самые обычные нервы, — со знанием дела заявил присевший в соседнее кресло Залдан и медленно провел двумя пальцами вдоль бороды, бережно оглаживая свои пять с половиной волосков. — Работал у меня парнишка. Восемнадцать было. Только-только техникум закончил на помощника повара. Нервный был, суетливый. Как какой огрех — сразу переживает, словно из-за него сейчас мир рухнет. Так всего через два месяца с раком желудка в хоспис загремел. — Полуорк немного помолчал, тяжело вздохнул и закончил: — Ещё через неделю помер.
Вот такого я точно не ожидал, поэтому перевел на нашего домработника возмущённый взгляд, но он лишь развёл руками.
— Я это к чему? Ничего удивительного в язве. Ты не серчай, но мне твои детки уже обо всём доложились, кто сколько смог. И об отцах, и о матерях. Печально это всё, конечно… — Я видел, полуорк искренне сопереживал и только поэтому терпеливо ждал, когда он выразит свою мысль до конца. — Нервы — это ж такая зыбкая материя, что у одного словно стальные канаты, а у другого как нити хлопковые. Чуть что и рвутся. Ты-то парень крепкий, явно в демоническую породу пошёл, а вот девчата твои всё равно что камелия — прекрасна, но без должного ухода цветы сразу же опадают, а само растение может погибнуть. У полукровок эльфов в пятом-шестом поколении всегда так. Уж не знаю, почему.
И я не знаю. Но мои цветочки будут жить!
Убедив в этом не только себя, но и остальных, уже на следующее утро, после того, как отчитался Новику о проделанной работе не только на бумаге, но и лично, я отправился в благотворительный фонд леди Этвуд, где воспользовался не только своим обаянием, но и упоминанием фамилии лорда-инспектора, и без лишних проволочек подал документы на обеих мелких. Старших ещё с восьми утра сдал в ту самую клинику, где их обследовали, приказав домой не возвращаться, пока не разрешат врачи. По всем прогнозам, Лира отправлялась в стационар минимум на две недели (удаление части желудка с язвой — это вам не шутки), а Марк на трёхдневную вытяжку, затем хирургическое вмешательство и ещё недельное послеоперационное наблюдение.