Автобус тронулся. Я ехала в неизвестность. Убегала от бандита. Слепо смотрела на меняющиеся пейзажи – желтые поля постепенно становились лесами – зелеными, сизыми, редкими и непроходимыми. Разбросанные кукольные домики деревень медленно перетекали в большие мегаполисы, наполненные высотками и яркими вывесками. Я пересаживалась из одного автобуса в другой, ехала и днем, и ночью. Покупала себе лишь воду и крекеры. Спала мало и плохо. Боялась позвонить Асе или Егору. Явор мог узнать, что они помогали… Была невыносима мысль, что они могут пострадать из - за меня.
Пошел мой третий день в пути. Было раннее утро, тучи сгущались и вскоре на стекло легли первые крупные капли дождя. Морило в сон. Впервые за последние дни я заснула крепко, без снов. Просто провалилась в тягучую тьму, что качала. Проснулась внезапно, от сильного толчка. Водитель разразился матом на весь салон. Люди загалдели. Снаружи был проливной дождь, громко стучал по стеклам. Я смогла рассмотреть лишь несколько черных искаженных пятен около автобуса. Сердце пропустило удар. Дернулась, когда в дверь громко застучали, звуки проникали в салон, заставляя людей пугаться.
- Откройте! Майор Литович, отдел по борьбе с наркотиками. Поступила информация, что некоторые пассажиры могут перевозить запрещенные препараты, - услышала я грозный голос, сердце пустилось вскачь, плохое предчувствие затопило изнутри.
В голову ударил жар. В висках дико запульсировало.
- Так бы сразу и сказал, начальник. Зачем подрезать, - примирительно забасил водитель, открывая двери, впуская грузного майора в салон.
Следом за ним зашли пара амбалов. Один из них – Калина. Воздух выбило из легких. Я не могла не узнать двухметрового лысого детину, отвернулась, съехала на сидение, словно могла просочиться через ткань сиденья. Натянула кепку на глаза.
- Ну, привет, беглянка, - заговорили над ухом, ощутила хватку на предплечье – горячую, крепкую, из такой не вырвешься.
Резко выдернул из моего кресла, одарив тяжелым цепким взглядом. Осмотрелась. Набрала побольше воздуха в легкие и закричала:
- Люди, помогите! Они – бандиты! Помогите, позвоните в полицию! Умоляю! Они меня убьют! Я разве похожа на наркоманку или наркодиллера?! Помогите! Пожалуйста! – пыталась вырваться из крепкой хватки Калины.
Вокруг зашептались люди. До меня долетали фразы типа: «бедная девочка», «все менты и так бандиты», «загубят молодую», «что ж твориться средь бела дня – то», «может и правда наркоманка, поди их, разберешь молодежь современную»…
Калина недобро сщурился, поднял меня как пушинку, перекинув через плечо и с силой приложив по заднице. Кожу ягодиц обожгло, я взвизгнула, продолжая брыкаться. Подол платья задрался, открывая мою пятую точку на всеобщее обозрение.
- Все в порядке! Я – майор Литович, - успокаивал мужик начинающую роптать толпу, показывая свое удостоверение.
Калина вынес меня, запихнул в один из внедорожников. Краем глаза заметила, как вышли покурить водитель и майор, мило беседуя. Несмело высыпали пассажиры: кто – то по нужде, удаляясь в буйные кусты, обрамляющие дорогу, кто – то – так же покурить. Всех разбирал интерес, что будет со мной дальше. Проливной дождь закончился, серое небо лишь изредка сбрызгивало мелкими ледяными каплями, что доносили сильные порывы ветра.
- Гони, Леха, - сказал Калина водителю, внедорожник беззвучно тронулся, я глотала слезы, трясясь от страха, едва не воя от картин, что рисовали мое сознание.
Явор нашел меня и не оставит безнаказанным мой побег.
- Не реви, малая, - Калина потянулся ко мне; нервы сдали, и я впилась зубами в его руку.
Мужчина, не издав ни звука, взял меня свободной лапищей за волосы и потянул назад, больно натягивая кожу головы, почти вырывая волосинки. Разомкнула челюсти, чувствуя во рту солоноватый привкус, в нос забился запах сигарет.
- Дикая ты, малая. Я пристегнуть хотел, - сказал Калина, рассматривая отметку от моих зубов, чуть выше запястья.- Явор не любит строптивых баб. И сопливых. Прекращай.