- Нет, Калина, хватит… Сергей… - прошу я, ощущая дрожь от его прикосновений.
- Ты сама просила, малая. Пути назад нет, - усмехнулся Калина. – Я – взрослый дядя и играем мы по – взрослому. Лучше оттопырь попку.
- Что?! Нет! Туда точно не надо! – завыла, забрыкалась, но Калина припечатал:
- Лучше я. Сейчас. Ты не должна бояться. Это естественно. И может принести удовольствие. Я сделаю все максимально комфортно для тебя.
Возбуждение пропало. Мне стало страшно. И холодно. Тело, покрытое испариной, показалось липким.
Рано или поздно нам придется выйти из этого дома. Появится Яворский, даст команду выйти из укрытия. Монстр будет снова насиловать меня. Принуждать. Запугивать. Пользовать мое тело. Всхлипнула. Ойкнула от шлепка по ягодице – обжигающего, ощутимого. Его рука опустилась на вторую. Останутся красные следы. Заерзала. Но Калина прижал меня сильнее к дивану, подоткнув подушку под живот, зафиксировав мои ноги своими – что б не дергалась. Было больно. Просунул руку между моих бедер, принялся ласкать. Он знал как действовать, чтоб вновь возродить возбуждение и порочное желание кончить. Проник пальцами в меня, двигаясь четко, быстро. Заскулила, пытаясь вырваться из – под его напора уже в который раз. Не пускал. Топил в сладко – горьком вожделении, сводя с ума. Чтобы не могла думать. Только хотеть. Собрал смазку, подгоняя ее к попе. К тугой дырочке. Оглаживал, дразнил, не обращая внимания на мое слабеющее сопротивление. Аккуратно проник пальцем внутрь попы, тут же сжалась. Он начал понемногу разрабатывать, подготавливая для члена. Дразня меня, доводя до безумия. Добавляя второй палец, движения становились более напористыми. Странные ощущения, новые, острые, откликающиеся где – то глубоко внутри меня. Смутно обещающие наслаждение – с новым ярким оттенком. Понимаю, что сама подставляюсь под его пальцы, подстраиваюсь под ритм. Пусть он. А не Монстр.
Мужчина уже меня не держит. Ставит в позу кошечки, прогибает в спине, хватая за волосы, натягивая кожу головы. Заставляя прогнуться еще сильнее, отклянчить попу. Кости – словно пластилин, гибкие и податливые. Он водит членом по ягодицам, примеряясь, начинает медленно входить, при этом стимулируя клитор. Всхлипываю от новизны ощущений. Слишком много. Его, чувств, красок, похоти – черной и первобытной. Ноги трясутся, но Калина крепко держит меня, размеренно двигаясь в моей попе, аккуратно, следя за моими всхлипами и интонациями. Необычно. Много. Распирающее чувство. Постепенно привыкаю, его член входит уже более легко, скользит, высекает во мне совсем другое наслаждение, смешивает в взрывной коктейль с острыми искрами. Жалобно скулю, раздавленная жесткой потребностью получить разрядку, избавиться от тугого узла внизу живота. Мужчина сжалился надо мной - удаляет пальцами по клитору. Меня разрывает, уносит в пучину сладости – черную, бездонную, порочную. Я плаваю в россыпи звезд, парю в космосе, растворяюсь в Млечном пути. Не чувствую своего тела. В ушах – словно вата. Обессилено лежу на постели, придавленная телом своего опытного любовника. Перемазанная его спермой, пропитанная его запахом. Счастливая. В пьяной эйфории. Закрываю глаза, слышу отдаленно:
- Сладкая… моя…
Глава 17
22 года назад
Перед глазами Оксаны все померкло, воздуха не хватало. Она едва не упала – ноги подкосились. В спортзал вошла Алина, за ней – ее жених Ваня и его друзья, крепкие парни, человек пять. Оксана заочно знала их – местные плавцы, призеры. Девушка схватилась за горло, будто ее душит кто – то невидимый. Весь воздух выбился из легких, она открыла рот в попытке вдохнуть. Старшая сестра остановилась, посмотрела на Оксану, потом медленно перевела взгляд, осматривая помещение и сборище в нем. Сканируя всех тяжелым взглядом. С укором посмотрела на сестру, вновь смерив взглядом Оксану. В зале все затихли, смотрели на Алину. Она была в простом светлом платье, без макияжа, с растрепавшимися длинными светлыми локонами из – за быстрой ходьбы. Ее щеки раскраснелись. Ее сестра казалась такой сияющей, чистой и правильной среди всех остальных. Притягивала внимание. Отчего – то Оксане стало стыдно за то, как она вырядилась. Сейчас она четко видела контраст между Алиной, такой красивой, аккуратной, естественной и женственной. И они – словно дешевки, пропитанные приторными духами, что вернулись с трассы – вульгарные, вызывающие, борзые и пользованные… Оксана заметила, как ее сестру рассматривал Косыга. Пожирал взглядом. В ее сердце что – то кольнуло: то ли страх, то ли чувство опасности… Глаз Косыги, что не заплыл от наливающейся багровым гематомы, осматривал стройный стан Алины. Его грудь часто вздымалась. Он походил на зверя, что учуял жертву, которой может перекусить. Зверь вышел на охоту.