Приструнили девку быстро. Тут же Костыль заслонил Алину собой, а Косыга за волосы ухватил Оксану, потянул. Хлесткую пощечину отпустил, девушка на пол снова плюхнулась, держась за краснеющую щеку, смотря на Косыгина, злобно, едва не шипя.
- Сестра только что твою жизнь собачью спасла, а ты клянешь ее, дура, - с презрением бросил он. – Уведи ее, - кивнул Косыгин на Оксану.
Та поднялась, запахнув рваную блузку на груди, бросила взгляд, полный ненависти на Алину и пошла за Костей, что отгородил широкой спиной от сестры. Захлопнулась железная дверь за ними, Алина вздрогнула – как выстрел грянул, в самое сердце ранил. Словно умирала Алина, уступая место другой – несчастной молодой женщине, что смирилась. Сгорбилась, поникла, глаза опустила. Не было больше в них вызова, в позе – воинственности. Косыгал подошел неслышно к ней, огладил по плечам, сжимая. Мужскую силу проявляя. Увлек на стол, укладывая поверх бумаг, целуя в шею, оглаживая груди. Алина разревелась, не в силах сдержать слезы, всхлипывала, тряслась всем телом.
- Не чего ты, глупая… Не плач, не обижу… Первый раз только больно было… Не обижу… любить буду… чего ты, малышка, - шептал, как обезумевший, мужчина, поднимая подол платья, ведя по стройным ногам, сжимая бедра до синяков, избавляя от трусиков.
Гладил там, растягивал не торопливо, лаская пальцами. Хотел брать медленно и нежно. Не стоило только войти членом в узкое горячее лоно, как сорвался. Двигался быстро, жестко. Будто она ускользала от него, а он догнать пытался. Кончил быстро, как пацан. И бурно. Едва сам не застонал как баба. Алина лежала на столе, распластанная, не двигалась, лишь благодарила мысленно Вселенную за то, что все произошло быстро. Ведь теперь так будет всегда. Косыгин будет иметь ее, как проститутку, где захочет, когда захочет, как захочет… Она сама дала согласие.
Распекать себя долго Алине не удалось. Послышались приглушенные крики и стрельба. Косыгин тихо заматерился, бросился к железному сейфу в стене, ввел торопливо код и начал доставать пистолеты. Алина испуганно смотрела за четкими движениями бандита – он умел обращаться с окружением. Запихнул пару пистолетов за пояс, еще два – в руках.
- Пошли, держись за моей спиной. Не вылезай. Скорее, - скомандовал Косыгин, отворив на немного дверь, сканируя коридор; вышли, прикрыв дверь, замок тихо щелкнул, Алина дернулась, едва не закричав от напряжения и страха.
Прижималась к ледяной стене за спиной Косыги. Из кабинета послышался звук разбиваемого стекла, посыпались осколки, затем – взрыв. Глухой. Алина присела, оглушенная, напуганная, аж дышать не могла. Благо, дверь – добротная, железная, с петель не сошла, только вибрацию Алина почувствовала. Если бы они задержались еще на минуту…
- Суки! – сквозь зубы зашипел Косыгин, быстро и бесшумно продвигаясь вперед; Алина отставала, плетясь медленно на ватных ногах, спотыкаясь, падая, сбивая в кровь коленки.
Держалась дрожащими руками за стенки, совсем не понимая, куда она идет. Она не понимала, что они приближаются к самому эпицентру происходящего, крики становились все ближе, сливаясь в один – стоны, команды, мат, проклятия. Выстрелы звучали словно канонада, здесь явно были не только пистолеты. Алине все казалось неестественным, сюрреалистичным. Как будто соседский пацан включил боевик с Арнольдом Шварценеггером слишком громко, нарушая покой половины дома.
- Да твою ж мать! – ругался Косыга; Алина увидела Костю, его плечо было ранено – футболка окрашивалась красным.
Оксана с выпученными глазами поползла за Алину, больно вцепилась в ее руки.
- Там… там… там… - только и повторяла она, тряся головой.
- Лавровские, твари, - сплюнул Костыль. – Четверых положил, еще двоих – ранил. Суки! Наших много кого … там пацанва …
- Разберусь. Девок защищай, с той сторону никто не пройдет, - рявкнул Косыга и рванулся в самую гущу перестрелки.
- Костыль!- услышала Алина истошный крик, кровь в жилах стыла.
- Да что б тебя! Пригнись, дура! – заорал Костя, подался вперед, начал стрелять из пистолета, прицеливаясь, прокладывая пусть Свете, что ползла к нему, через весь зал, перебираясь через трупы, размазывая кровь по полу и по своим рукам, коленям. – Под стол лезь, - крикнул снова Костыль, кивая в сторону перевернутого стола, возле дивана. – Я прикрываю. Быстрее!
Света ревела громко, но ползла к столу, а затем резко свернула, бросилась к Косте.