- Так и знал… Свои… - хрипел Косыгин. – Сука… я ж выстроил такую империю… что теперь?..
- Ее не заберешь с собой, - тихо проговорила Алина, оглаживая лоб мужчины.
- Суки вы… Суки, - хмыкнул Косыгин, изо рта выплеснулась кровь, окрашивая подбородок и нижнюю губу. – И сдохнуть по - человечески не дадите. Любила хоть меня?
- Любила, - кивнула Алина. – Ты заставил.
- Видел же, как ты на Костыля смотрела вначале. Думал, бред. Не подставит он брата. Доверял сильно. Вот и поплатился, - Косыгин закашлялся, сплевывая кровь, смотря на Костю.
- Прости, брат, - сказал Костя, его лицо было не читаемо, сурово.
- Тамбовский волк тебе брат, - скривился Косыгин, вцепившись в руки Алины и Кости, делая тяжелые вдохи, пытаясь вдохнуть побольше воздуха.
Глава 31.1.
- Свои… - он попытался рассмеяться, но только забулькал сильнее, его тело скрутили судороги, он захрипел, дернулся и откинулся назад, на руку, подставленную Константином.
Алина на секунду зажмурила глаза, потом встала, выровнялась. На меня смотрела. Нетвердой походкой подошла, протягивая руки.
- Егор…- кивнула я, протягивая ей руки, вцепляясь в холодные пальцы; Егор кривился, бормотал что – то едва различимо, возле него сидела Виолетта, беззвучно плача, прижимая свои руки поверх его, к ране.
Марта забилась в угол, смотря на всех со страхом. Как волченок, которого загнали в смертельно опасную ловушку.
- Костя, мальчик ранен, - сказала Алина, чуть повернув голову; отчего – то пришло знание, что она не раз была свидетелем не только ранений, но и смертей.
- Док уже на подходе. Потерпи немного, - сказал Костя, тихо вздохнув. – Дел натворили. Разгрести все надо теперь. Вас всех надо увозить. И подальше.
- Калина… Сергей зовут, кличка – Калина! Его со мной забрали вместе! Он где - то тут должен быть. Пожалуйста! Он … он нужен мне… он – отец моего ребенка. Я беременна… - зашептала я, вцепившись в Алину, вдыхая аромат дорогих духов и нотки чего – то до боли родного; не сдержалась, заревела навзрыд.
Алина гладила меня по голове, нежно, пропуская короткие прядки через пальцы, прижимала к себе.
- Кость… надо найти этого Калину, - тихо попросила Алина.
- Найдем, абы живой был. У нас есть сутки, чтобы свалить из города. Звони сестре, пусть малых забирает. С пацаном что – то решим, поедет с нами, Док проконтролирует. Эй, молодежь, приходите в себя, действовать надо быстро. Все нормально, ребята, - Костя махнул ввалившейся в комнату охране. – Подготовьте три машины.
Мужчины кивнули, мельком взглянув на тело Косыгина. Меня затошнило.
- Это так прекрасно, что ты беременна. Все будет хорошо, дочь. Все будет хорошо, - шептала Алина, крепко обнимая меня. – Все будет хорошо, дочка.
Все последующее происходило словно во сне. Нас выводили из подвала, по тусклым затхлым коридорам, садили в машины. Мельком увидела Калину, его волокли двое охранников, что подчинялись Косте. Он был без сознания, бледный, осунувшийся, в крови… Сердце сжалось, хотела кинуться к нему, но Алина и Костя сдержали меня, Костя бросил тихое «Потом». Видела тетю Оксану, которая забрала девчонок, даже не посмотрев в нашу сторону. Костя ей что – то сказал, всего пара фраз, но тетка побледнела, кивнула и села в свою машину, увозя сестер. Далеко. Думаю, мы еще долго не будем общаться. Марта была права: не смотря на родственные связи, у нас нет ничего общего.
Смотрела, как коттеджный поселок сменяет лесополоса, поля, затем снова лес – сизый, сказочный, туманный. Прижималась лбом к окну, всматриваясь в мелькающий пейзаж, впереди – долгая дорога. Надеюсь, к счастью. Алина сидела рядом, мы держали друг друга за руки. Просто не могли отпустить. Она иногда гладила меня по волосам и плечу, в знак поддержки. Я поворачивалась к ней, слабо улыбалась. Мы ехали небольшой колонной из пяти машин. И я все время думала о том, как жила все это время моя мать. Какова ее история?.. Расскажет?.. Или, лучше, я буду свидетелем ее настоящей жизни. Она так смотрела на Костю… Украдкой, тут же пресекая нежность во взгляде. Теперь им не надо скрываться.