— Вот это похоже на нужную штуку. И это тоже. — Время поджимало, десять минут скоро истекут, нужно форсировать.
— Итого… На сорок два рубля. — Посчитал продавец, уже перестав рассматривать Вику, и заинтересовавшись выручкой.
Так, похоже, хватит. Раз выгода начала пересиливать похоть, то она почти перестаралась. Пусть будет столько, иначе не клюнет.
— Сейчас. — Вика сделала вид, что ищет деньги. Денег, понятно, не было, и её движения становились все беспокойнее. Пока она не решила, что пора бы начать концерт.
— Кажется, я их потеряла. — Заявила она растерянно, а потом добавив плаксивости. — Как же так! Меня папа снова накажет. — И слезы обильно полились из её глаз.
Способность плакать в любое время Виктория обнаружила в себе лет в десять, и только таким образом несколько раз ускользала от маминых пьяных ухажеров. Да, среди этих уродов было достаточно таких, кто приставал к десятилетке, пытаясь сунуть свой грязный отросток ей в рот.
Но даже их зрелище воющей в голос девицы в слезах быстро отваживало от сладкого. Угрозы «откусить хозяйство» действовали гораздо хуже. За них ей обычно прилетало несколько оплеух, а намёки превращались в прямые указания, так что она быстро поменяла угрозы на плаксивость.
— Нет денег — нет товара. — Тут же стал серьёзным продавец.
Он убрал пакет с прилавка, теперь равнодушно посматривая на плачущую девушку. Такого не разжалобить, иначе она бы выбрала другую стратегию.
— Меня папа накажет. — Хныкала Вика негромко, чтобы не привлекать внимание посетителей из коридора. — Он снова меня побьёт ремнем. А потом… — И снова заплакала.
— Что потом? — Заметно оживился мужик.
Такие любят слушать, как другим плохо. Значит, прямое предложение точно пройдёт. Отлично, она прекрасно укладывается в десять минут.
— Потом снова заставит меня делать это. — Последнее слово она не только выделила интонацией, но и не проговорила, а прошептала. После чего пожаловалась. — А мне будет больно. У него очень большой.
— Что это тебе больно? — Участливо, но явно горя любопытством спросил продавец. Он даже над прилавком наклонился, желая быть ближе к Вике.
Как легко управлять такими мужчинами.
— Вы никому не расскажете? — С надеждой в глазах посмотрела она на него своими большими заплаканными глазами. — Вы же умеете хранить тайны? Не будете смеяться?
— Конечно же нет. — Справедливо возмутился мужчина. Наверняка, в этот момент он даже сам себе верил. — Рассказывай, чего такого заставляет тебя делать твоей отец?
— Он не заставляет. — Вроде как смутилась она. — В рот мне даже нравится, а вот в попу очень больно. А папа всегда меня наказывает в попу, если провинюсь. И только потом уже суёт мне в рот. Ой! — Она прикрыла свой рот ладонью и засмущалась. — Вы обещали не смеяться.
— Я не смеюсь. — Лицо мужика начало наливаться кровью.
Сначала она подумала, что от смущения или возмущения действиями несуществующего отца, даже немного покорила себя, что поторопилась. Но потом мужик поправил у себя в штанах, считая, что она не увидит за прилавком, и Вика мысленно выдохнула.
Всё идёт по плану.
— Теперь он меня снова накажет, ведь я потеряла деньги на эти самые блестящие штуки. — Напомнила она о том, с чего начался разговор. — Может, вы мне поможете? Отдадите эти штучки, а я потом принесу деньги? Попозже.
В то, что мужик согласиться на такое, Вика не верила. Да, в её жизни бывали такие странные люди, которые могли отдать товара на сорок рублей плачущей девочке. Но этот тип явно не из таких. Такие, как он, предпочтут взять залог, аванс, потом плату, да ещё и проценты накрутят.
А секс с ними будет для тебя максимально извращённым. Она даже подавила тошноту, когда перед глазами промелькнула парочка эпизодов из жизни.
— Бесплатно забрать товара на сорок два рубля? — Откровенно удивился продавец её запросам. А вот Вика не удивилась его реакции, и продолжила обработку клиента.
— Не бесплатно, я верну всё, до копейки. Потом, попозже. — Начала она уверять его, наклонившись вперёд. — Я обещаю. — Она насильно взяла его руку и прижала к своей груди. Этот жест всегда означал, что женщина доверяет мужчине себя всю. В своё время на всех педофилов действовало безотказно, хотя груди у неё тогда почти не было. — Я вас отблагодарю. — Прикинув, что на ожидание, когда мужик сам предложит расплату натурой, времени уже точно нет, она сама предложила, добавив в голос томного придыхания. — Хотите, прямо сейчас. Но только ртом, хорошо? В попу мне больно.
— Сначала благодарность, потом товар. — Мужик явно попался, но головы не терял.