Мистер Чу, подождите.
Чу присел на старый проданный в нескольких местах диван. Обратил внимание на стену, где висели розги.
Коллекционируете?
Безразлично протянул он. Сквиб тот час оживился.
Вам тоже нравятся телесные наказания?
Чу сморщился.
Я противник подобного. У нас неуспевающих могли засечь до смерти, и вы думаете это помогало им исправиться?
Он снял несколько прутьев осмотрел, размахнувшись ударил по дивану. Филч подскочил.
Пересохли, - констатировал монстр, показав хозяину обломанные концы. - Когда вы их в последний раз применяли? Никогда! Странная у вас школа. Сухие розги, ни одного кнута, о металлических прутьях я вообще молчу. Вы наверное даже не знаете как ими пользоваться. И горна для накаливания щипцов у вас нет. Вот поэтому Мерлин и куролесит. А так отодрали бы вы его хорошенько «девятихвостой кошкой», он бы неделю ползал присмиревший.
Мистер Филч боялся вставить слово, впитывая каждую деталь из рассказа Чу. В голове его роились фантазии одна красочнее другой, но вспомнив узкое лицо директрисы, разочарованно вздохнул.
Она не позволит.
Тогда терпите. Он еще и не такое учудит.
Решив на этом закончить беседу о воспитании, Чу вышел на свежий воздух.
На стадионе шла игра, юноша приложил руку ко лбу, пытаясь разглядеть как забавно двигаются маленькие летающие фигурки. Желая поближе поглядеть на невиданное зрелище, сам не заметил как подошёл слишком близко. Ученики сидящие на трибуне зашептались, показывая на него пальцами. От них отделился один мальчик.
Я староста Гриффиндора, Лесли Эдхарт. Ты новый ученик?
Чу ответил отрицательно.
Камердинер монстра? Впервые слышу, чтобы в Хогвартс приезжали со слугами. Ты не чувствуешь себя ущемленным? Он же унижает твое человеческое достоинство.
Мерлин мой друг.
Друг? Поэтому ты носишь его сумку с книгами, подашь обед, стелешь постель. Он когда-нибудь сказал тебе спасибо, думаю нет. У вас странное понятие о дружбе. Впрочем, об этом мы поговорим на заседании нашего кружка, во вторник после занятий, приходи в зал для игры в плюй-камни. А пока, давай к нам на трибуну. Сегодня первая игра сезона Гриффиндор против Ренквело, в небе наша гордость. Лили Поттер! Хочешь посмотреть, какие чудеса она творит в воздухе?
Чу поднял глаза, высоко над стадионом парила Лили, и словно почувствовав его пристальный взгляд склонилась, пробежав взглядом по сидящим внизу зрителям. Полностью забыв про игру, пока свистящий бладжер не пронесся в паре дюймов от её носа и не вывел из задумчивости. Незаметно махнул рукой юноше, Лили сделала финт Вронского, резко закрутив метлу на месте. С трибун послышались восхищенные вопли. Ей стало радостно и приятно, словно эти теплые глаза, сверкали только для нее.
Неуклюжий ренквелдовский ловец промахнулся. Она в свою очередь тоже упустила золотой снитч. Трибуны огорчённо закричали, когда Лили ошиблась и в третий раз, а проявивший чудеса сообразительности соперник угадав следующий бросок снитча, сумел схватить увёртливый шарик. Матч закончился с разгромным счетом 150 – 10. Все гриффиндорцы, так надеявшиеся на своего ловца, расстроенные расходились.
Не понимаю что с Лили, в прошлом году только благодаря ей мы взяли кубок школы. А сегодня она играла отвратительно!
Чу потерялся в толпе, он медлил не желая уходить. Ему было обидно, что игра так быстро закончилась. Ведь это единственная возможность увидеть её. Раздумывая куда бы еще пойти он спустился в числе последних, и остановился у деревянных ограждения. Неугомонный Лесли, заметил его.
Ты должен освободиться от гнетущей тебя зависимости! И мы поможем тебе.
Я не прошу помощи.
Ты просто не осознал своих цепей! Вот возьми пару брошюр, я специально даже не стал следить за игрой, чтобы сбегать в библиотеку. Так – «Теория самопознания» правда на китайском, и « Как наложить простейшее заклятие на врага, если вы потеряли свою волшебную палочку». Другой литературы пока нет, полки пусты, мадам библиотичка в слезах.
Чу пытался отцепить от себя воодушевленного идей всеобщего равенства Лесли. Из раздевалки оказалась грустная Лили. Увидев Чу, запнулась и не зная идти ли ей дальше или вернутся, смущенно отвела глаза.
Лили, - тихо позвал Чу. – Вы славно играли.
Она потупилась.
Но, не смогла поймать снитч.
Это не главное.
Лесли удивленно присвистнул и тихонько отступил. Похоже здесь, имеет место начало романа, понял он. Неужели неприступная Поттер, уже не так тверда в своих убеждениях. Кажется да.
Рассветало, проведя без сна ночь и окончательно разуверившись в учебе, Мэрл третий час упрямо пинал ногой стену. Камердинер спокойно наблюдал, прикидывая на сколько хватит лакового покрытия его дорогого ботинка. Наркотики окончательно овладели его другом. Он совсем перестал есть, отчего сильно похудел, и только огромные глазищи темными провалами обозначались на лице. Пить ходил к озеру. Подозревал всех. Даже мистера Филча. Припадки почти прекратившиеся, теперь следовали каждый день. Чу старался всегда быть рядом, чтобы во время утащить холодеющего хозяина в ближайший туалет, и там бросив на голый кафель наблюдать как корчится и бьется головой об пол, его «эксплуататор».
Однажды припадок продолжался полдня, Минерва была не на шутку встревожена. Она попросила мадам Помфри осмотреть ученика и доложить сможет ли он продолжить обучение. Но в то утро, он сам пришел к ней. На четвертом часу пинаний, закончив думать, велел приготовить себе выходную мантию и отправился к директрисе. Вход ему преградила знакомая каменная горгулья.
Брысь, кошка драная! - привычно заорал Мерлин.
Фигура вдруг ожила, потянулась, переступила ногами, раздумывая.
– Пошла вон! - дал ожившему заду такого пинка, что несчастное животное покатилось по ступеням.
Минерва сама выскочила навстречу владетельному ученику.
Соберите мой учительский состав! Я хочу извиниться за свое поведение.
Уважаемые господа преподаватели на уроках, поэтому вам придется подождать до вечера. И если вы - ваша светлость, действительно полны раскаянья, то свободные часы можете потратить на обдумывание покаянной речи.
Мерлин широко улыбнулся.
Я воспользуюсь вашим советом.
Минерва бросилась к камину.
Срочно, свяжите меня с министром Поттером! Нет! Тогда с министром Малфоем ! Нет!
Какое прекрасное аутодафе! Не хватает только позорных одежд и колпака разрисованного чертями.
Мерлин демонстративно почесал непокрытый затылок и вышел в широкий круг, встав за кафедру.
Я прошу прощения, - вполне мирно начал ученик, - я был не прав, называя вас недоумками, тупицами, полными кретинами, недоразвитыми идиотами, тщеславными ослами…
Сэр Мерлин, - послышался голос директрисы, - мы восхищены вашим словарным запасом ругательств, но может вы перейдете к самой сути вопроса?
Благодарю вас миссис шотландская собачонка! Учтите, я был вежлив не назвав вас более подходящим словом, но впредь прошу меня не перебивать! Итак, на чем я остановился? На ослах? Отлично, значит так - жалкие глупцы, полудурки, дебилы, полные ничтожества… Подождите, а что я здесь делаю?
Он вдруг удивленно посмотрел на учителей мутным бессмысленным взглядом.
Не помню! Чего на меня уставились? Я хотел что-то сказать? Вам? Что Чу?
Ты хотел извиниться за свое поведение.
Я? Я рехнулся? За что мне извиняться, если они недостойны даже целовать следы моих ног! Нет! Я хотел что-то еще.
Все находящиеся зале заволновались, чувствовалось нарастающее напряжение. Мерлин пытался вспомнить, он тер виски и сильно шатался из стороны в сторону.
Может я хотел убить вас?! Всех, разом! Так, … сейчас…. - все медленнее и тише говорил он. – Где мой посох? Чу, где моя проклятая палка?
Колени дрожали. Он едва стоял на ногах. Для устойчивости даже схватился за крышку кафедры, и все же упал. Закричав, начал биться в судорогах. Маги кинулись к дверям. Лишь одна Поппи, не растерялась, и подлетела к беснующемуся мальчику.