— Малые дозы адреналина полезны для здоровья, чтоб ты знала.
— С тобой от него как раз преставишься.
— Брось, красотуля, тебе не идёт быть занудой.
Фыркаю едва слышно.
— Теперь я ещё и зануда.
Лёшка тихо смеётся.
— Обещаю, если попадёмся, я тебя отмажу.
Ага, как же… знаю я его «отмажу»…
За спиной слышатся голоса охраны, и все мысли вылетают из головы, как не было. Мы резко шарахаемся за ближайший угол и замираем, прижавшись спинами к прохладной стене.
Я уже говорила, как люблю усложнять свою жизнь?
Очень люблю, видимо. Ничем иным не объяснить, почему я сейчас здесь, а не в уютной постельке, смотрю какой-нибудь приятный сон.
Шаги охранников становятся ближе. В свете уличных фонарей видно два силуэта, когда те проходят мимо. Я не дышу. И очень надеюсь, что мужчины нас не почувствуют. Неслышно выдыхаю, когда те удаляются.
— С тобой, не беременея, родить можно, — ругаюсь на Лёшку, когда чужие шаги стихают.
Он смеётся. Вновь берёт меня за руку и тянет вперёд по коридору в сторону столовой. И чем ближе мы к ней подходим, тем отчётливей слышны чьи-то голоса.
— Ты уверен, что Мира там?
— Да. Сам видел, как она туда входила.
— А если она уже ушла оттуда?
Лёша зависает на мгновение.
— О таком я не подумал, — чешет голову.
С моих губ срывается нервный смешок.
— Да ладно тебе, нормально всё будет, — отмахивается он от моего беспокойства.
Мне б такую уверенность.
— А если её реально там нет?!
— Ну, скажешь, как договаривались, про голод, извинишься и уйдёшь.
Дурацкая затея! Сумасбродная! Лучше уйти и не лезть на рожон!
Разумные мысли стрелой пронзают мой мозг, но я усилием воли их подавляю. Обещала же, чтоб меня! Именно поэтому, глубоко вдохнув, шагаю к дверям в столовую. И тут же замираю, заслышав за спиной:
— Вы же не серьёзно?
Голос хоть и тихий, но резкий. Звучит в тишине до того неожиданно, что я, вздрогнув, резко шарахаюсь обратно ближе к Лёшке. Чтобы следом облегчённо выдохнуть при виде хмурой Мирославы.
— Напугала! — укоряю я её.
— Радуйтесь, что это я вас напугала, а не кто-то другой, иначе тут же отправились бы в карцер, — совсем мрачнеет девушка, переводя взгляд с меня на Лёшку.
А я что? Я ничего! Это всё её Ромео, вот пусть ему претензии и предъявляет. А чтоб наверняка избежать нотаций, шагаю ему за спину.
Нет меня!
Так себе прикрытие. Но и Мира не сказать, что интересуется мной. Глаз с Лёшки не сводит.
— И почему я не удивлена? — произносит холодно.
— А что такого? — строит удивлённое лицо тот. — Человек захотел клубнику, я просто помогаю.
— Помогаешь? Ты? Ты только неприятности и можешь доставлять, так что не вешай мне лапшу на уши.
— Почему это сразу неприятности? Тебе наоборот хочу только приятно делать. Ты сама отказываешься.
Я как раз делаю вдох, да так и не выдыхаю, сдерживая дикое желание расхохотаться. Такое у Миры забавное лицо становится.
— Измайлов, ты… просто нечто! — явно скрывает за этим общим определением кучу мата.
— Да что опять не так?! — супится парень.
— Всё? — отзывается с сарказмом девушка.
Лёша молчит. Но лишь первые секунды две. После чего шумно выдыхает.
— Надоело!
С этими словами он шагает к ней ближе, подхватывает её за попу и перекидывает через плечо.
— Измайлов, ты что творишь?! — шепчет испуганно Мира, стукнув ладошкой по широкой спине.
— То, что давно должен был сделать, — бурчит он, взяв направление к лестнице, ведущей в жилое преподское крыло.
— Эй, а я? — смотрю возмущённо им вслед.
— А ты иди спать. Давно пора, — становится мне ответом от всё того же Лёшки.
Нормально вообще?!
Сам разбудил, притащил сюда, а теперь я должна идти спать?!