— Я поручил ему осмотреть модуль новенькой на предмет подсказок. Думаю, он уже освободился.
— Капитан, с чего начать: с криокапсул или со связи?
— Думаю… начните со связи. А после вы, Ральф и Билли приступайте к ремонту криокапсул. Сделайте всё возможное, чтобы их починить в кратчайшие сроки. В грузовом отсеке есть ящики с запасными платами и другим необходимым оборудованием, — чётко и твёрдо поставил задачу капитан.
— Хорошо, капитан.
— И ещё. Нужно собрать всех через час в кают-компании. Там мы сообща обсудим дальнейшие действия.
— Хорошо, капитан.
— А что с терморегуляцией корабля? — капитан бросил на него прищуренный взгляд.
— Здесь всё решаемо. Буквально в течение двух часов всё восстановим.
— Ладно. Встретимся в кают-компании.
Нэйтан и Фабиан встали из-за стола, направляясь к выходу.
6. Корабль.
После разговора с Нэйтаном, Мегги решила немного прогуляться по кораблю. Пройдя мимо отсека столовой и кают-компании, она неуверенно ступала по коридорам звездолёта. Медотсек, как ей было известно, находился прямо за следующим поворотом налево. Однако, девушка намеревалась не только осмотреть корабль, но и познакомиться с членами экипажа. Ведь ей предстояло провести с ними немало времени, и узнать этих людей поближе, казалось, было весьма полезным.
Продолжив путь прямо, Мегги свернула налево, оказавшись перед огромным смотровым окном, открывающим завораживающий вид на космос. Она невольно замерла, очарованная проплывающими мимо астероидами. Они плавно двигались в поясе скоплений, поражая разнообразием размеров – от гигантских до крошечных. Эти холодные небесные тела располагались на значительном расстоянии друг от друга, позволяя кораблю беспрепятственно скользить между ними. Зрелище было поистине поразительным. Казалось, будто ты сидишь в первых рядах театра, и, если протянуть руку, сможешь прикоснуться к тайне этих тёмных, молчаливых странников. Мегги затаила дыхание, любуясь космическими планетоидами.
— Привет!
Звук голоса, полный довольства, донёсся из-за спины. Она обернулась, отвечая тем же.
— Привет! — её взгляд зацепился за молодого, невысокого темноволосого мужчину, который с неподдельным интересом изучал её.
— Найджел Мак Кензи, главный пилот корабля, — представился он, протягивая руку.
— Мегги, — ответила она, протянув ладонь для рукопожатия, следуя простому жесту вежливости.
— Ты заблудилась?
— О нет, я… просто хотела познакомиться с кораблём и вашим экипажем, — прошептала она, чувствуя себя в этот момент немного глупо.
— Хорошее дело. Хотя… тут, по правде говоря, смотреть особо не на что. Наш корабль довольно мал и не рассчитан на долгую жизнь, скорее на форс-мажоры. Например, как этот! — пилот усмехнулся, разводя руками, пытаясь показать всю сложность их положения.
— Я ничего не нарушила? — поинтересовалась она, её брови взметнулись вверх от удивления.
— А у тебя были такие намерения? — перевёл он всё в шутку, одарив её милой улыбкой.
— Нет, — ответно расплылась она в улыбке.
— Значит, всё отлично. Пойдем, я ознакомлю тебя с кораблём.
Время пролетело незаметно, словно растворившись в гуле двигателей и мерцании звёзд за иллюминаторами. Найджел провёл её по лабиринтам корабля, показывая отсеки, где хранился груз, шлюзовой отсек, готовый в любой момент распахнуться в бездну космоса, и, наконец, отсек криокамер, где в глубоком сне пребывали остальные члены экипажа, доверив свою судьбу будущему.
Он рассказал ей о Земле, о её истощённых ресурсах, о призрачной угрозе полного исчезновения. И о компании «Terra Nova» — «Новая Земля», чья научная экспедиция породила этот корабль, «Реверсию». Пятьсот душ, объединённых одной целью: терраформировать новую планету, вдохнуть в неё жизнь, чтобы человечество могло продолжить свой путь.
Они прошли мимо стеллажей с запасами еды и воды, их запасами надежды, и оказались в двигательном отсеке, где пульсировала жизнь корабля. А затем — в рубке. Мэгги замерла, поражённая. Это было сердце «Реверсии». По бокам от пилотских кресел — огромные сенсорные панели, будто продолжение рук пилотов. В центре — голографическая карта космоса, живая, дышащая, с мерцающими планетами. Удобные кресла, готовые принять в объятия пилотов и капитана. И, конечно, огромное смотровое окно, через которое космос врывался в реальность, завораживая своей бесконечностью.
Общение с пилотами было лёгким, как полёт. Они смеялись, вспоминая забавные истории с Земли, шутили, подтрунивали друг над другом, и их дружба была так очевидна, что Мегги немного позавидовала. Она чувствовала себя среди них как дома, забыв о своей неловкости. Только инженер Талон, словно тень, оставался в стороне, поглощённый бортовым компьютером, его пальцы скользили по клавишам с сосредоточенностью мастера. Он был частью этого мира, но казался отстранённым, словно его мысли были далеко, в глубинах кода и схем.