Шло время, Урод взрослел, мужал, рос и раздавался в плечах, на его теле появились волосы, а шевелюра на голове стала более густой и жесткой и даже начала отдаленно напоминать львиную гриву. Но лицо оставалось прежним – с чертами женщины, а не мужчины-Льва. Это сильно огорчало, и никакие заверения Тейи о его привлекательности не помогали. Урод – понимал, что его подруга слишком пристрастна, слишком хорошо относится к нему, чтобы быть объективной. Юноша догадывался, что чувства Тейи к нему не похожи на те, которые он сам испытывает к ней. Да и некоторые члены семьи, такие как Волк Улу и Медведь Бади, уже не раз намекали Уроду, что Тейя может стать его женой. При всем ее внешнем безобразии Тейя была девушкой и к тому же славной девушкой, так что многие в семье считали, что Уроду повезло. Но сам он, хоть и чувствовал привязанность к Тейе, но видел в ней только друга. Особенно с тех пор, как в семье появилась рыжеволосая Маару.
Однажды Ном рассказал, что видел с высокой скалы небольшой летающий остров, который явно снижался, намереваясь опуститься где-то здесь. А через несколько дней Догур привел в пещеру женщину, точнее, молодую девушку с головой Обезьяны и с длинными ярко-рыжими волосами, одетую в такие же кожаные штаны, как носили почти все мужчины в кланах. На ногах у нее были сандалии, охватывающие икры переплетением ремешков, а грудь поддерживали две плотные полоски ткани, связанные за спиной. И Урод, рассматривавший ее во все глаза, не мог не отметить, что девушка, назвавшаяся Маару, по-своему очень красива, даже несмотря на звериную голову.
Первое время Маару молчала и дичилась, отказывалась от еды и тихо сидела одна в темном углу пещеры, откуда видны были в полумраке только ее сверкающие глаза – она явно очень внимательно наблюдала за всем происходящим. Но постепенно Маару пообвыкла, стала принимать из рук Хисы миску с похлебкой и кратко отвечать на вопросы. На третье утро она, как и все, ушла на охоту и вечером вернулась с целой связкой пойманной и уже ловко разделанной рыбы. С тех пор Маару ужинала вместе со всеми, затем еще больше осмелела, начала вступать в разговор и вскоре рассказала свою историю.
Как и всех девочек во всех кланах, кроме Подземного, ее в возрасте четырех лет забрали Наставницы и отвезли на Женский остров. Там у воспитанниц со звериной головой было два пути: стать либо Воительницей, либо Наставницей, но в любом случае провести всю свою жизнь на Женском острове. Маару выбрала первый вариант, по ее рассказам, преуспела в обучении и неплохо овладела разными боевыми искусствами. Но однажды у нее случился конфликт с Главной Воительницей. Делиться подробностями, что же именно произошло, девушка с головой Обезьяны отказалась – наотрез, но, видимо, проступок был серьезный, раз наказание вышло столь суровым – Маару приговорили к изгнанию с Женского острова. Другие Воительницы доставили ее по воздуху на Остров изгоев, при этом обойдясь с ней мягче, чем обычно поступали с изгнанниками: дали с собой запас еды и воды, прочную одежду и даже сбросили с уже поднимающегося вверх летающего острова оружие – короткий стальной меч. Три дня Маару скиталась по скалам, а на четвертый встретила Догура, который предложил ей пойти с ним. И она согласилась.
Появление рыжеволосой Маару сильно изменило жизнь в семье. На нее стали заглядываться мужчины, чуть ли не все, кроме, может быть, Догура, его преданного друга Медведя Бади и хромого Волка Улу. Эти трое были самыми старшими в клане и держали себя соответственно. Но более молодые охотники и, в первую очередь, Ном и Урод, не могли скрыть своего интереса к юной и по-своему весьма привлекательной девушке. Оба наперебой оказывали ей знаки внимания, делали подарки – насколько это вообще было возможно в условиях жизни на Острове изгоев. Маару всем своим видом давала понять, что не собирается отдавать предпочтение кому-то одному, однако подарки принимала охотно. Дело шло к соперничеству между мужчинами, но конфликта удалось избежать благодаря мудрости и авторитету Донгура. Как-то раз охотники собрались одни, без женщин, и глава семьи решительным, не допускающим сомнений тоном, предупредил всех, что ни в коем случае не допустит ссор в семье, тем более ссор из-за женщины.
– Отныне никаких подарков и прочих знаков внимания Маару, – строго заявил он. – Если она захочет выбрать себе мужа, то пусть сделает это, но только тогда, когда сама решит. И пусть при этом она руководствуется велением лишь своего сердца, а не тем, кто принес ей больше ягод, сладких корней диоки или раковин для украшений. Отныне я запрещаю вам всем ухаживать за Маару. Ягодам и корешкам место в общем котле. А тот, кто ослушается моего приказа, будет изгнан из семьи.