А обсудить с духом камня ему было что – важных тем имелось немало. И самой сложной среди них были, наверное, отношения с отцом. Арнар и после успешно пройденных Праем испытаний все равно оставался с сыном весьма сдержан, чтобы не сказать – холоден.
– Он все еще не верит в тебя, – говорил Обсидиан, сердито мигая огненными всплолохами. – Все еще не считает тебя настоящим Львом.
– Ничего, я сумею его переубедить! – уверял Прай и слышал в ответ:
– Как минимум, тебе придется для этого очень и очень постараться.
Другой, немногим менее важной темой их разговоров стал Джарк. Сразу после стыдного поражения, тот, не выдержав позора, сбежал с Геары вместе с Нархом, Орхом и еще десятком близких товарищей и поселился на каком-то из пустующих островов в океане относительно неподалеку. Случись такое до того, как Прай попал на Остров изгоев, он наверняка был бы вне себя от счастья. Но теперь, став взрослее и мудрее, юноша прекрасно понимал, что это совсем не конец его вражды с кузеном, а лишь временная передышка. Да и Обсидиан подтвердил, что Джарк еще появится в его жизни и надо всегда быть готовым к новой битве.
– Загляни-ка ты к знахарке Майди, – посоветовал дух камня в один из первых дней пребывания Прая на Геаре.
– А разве она до сих пор жива? – удивился тот.
– Жива, но уже совсем стара и плоха, редко выходит из своей хижины и долго не протянет, – сообщил Обсидиан. – Так что тебе лучше не откладывать посещение.
Прай послушался, в тот же день навестил знахарку и даже принес ей в подарок связку крупной рыбы и большую сетку с битой птицей. Старуха была так рада его видеть, что не отпустила до самой ночи, повторяя с ним все, чему успела когда-то научить.
– Мне уже недолго осталось, – шепелявила она беззубым ртом. – Будет спокойнее умирать, зная, что я передала кому-то свои умения…
Этот заключительный урок оказался как нельзя более эффективен и полезен. На Острове изгоев Прай часто вспоминал то, чему учила его Майди, но там росло далеко не все, что требовалось для изготовления отваров и настоек. Теперь же, осматривая каждый пучок, связку или корень в хижине знахарки, он вспоминал все, что знал: эти листья надо приложить к ране, чтобы остановить кровотечение, этот корешок съесть при зубной боли, отвар из коры этого дерева помогает при несварении желудка…
В этот раз Майди рассказала и о таких снадобьях, о которых не говорила ребенку.
– С этой травой будь осторожнее! – говорила она. – Это мороница. Тот, кто выпьет отвар из нее и коры черного дерева, неминуемо ослабеет и скончается через несколько дней. Вот эти болотные листья вызовут сильную сыпь по всему телу, которая будет невыносимо зудеть и чесаться. А даже небольшая горсть вот этих ягод заставит твоего врага отправиться в Навь в страшных мучениях…
Когда Прай уже, наконец, распрощался и собрался уходить, старуха остановила его:
– Погоди еще немного.
Кряхтя и охая, старая колдунья залезла в самый дальний угол своей хижины и достала откуда-то маленький кожаный мешочек. Внутри оказался цветок, сине-голубой, как море в хорошую погоду. Удивило то, что цветок, судя по всему, лежал в мешочке давно, но казался свежим, будто только что сорван, и удивительно приятно пах чем-то нежным и чуть-чуть сладковатым.
– Это милойя, – с трепетом и даже дрожью в голосе проговорила старуха. – Цветок любви. Если ты бросишь его в чашу с ниббом, то та, кто выпьет из этой чаши, полюбит тебя на всю жизнь. Береги этот цветок, он очень редкий. Второго такого можно не найти за всю жизнь. Не потрать его напрасно на ту, которая этого – не стоит.
После этих слов Прай отчего-то сразу вспомнил Маару и почувствовал, как кровь приливает к щекам. Хорошо, что было уже темно, да и Майди стала слаба глазами и не увидела, что он покраснел, как мальчишка.
– Я благодарен тебе, Майди, – сказал Прай, – но вряд ли мне будет полезен твой подарок. Я воин и добиваюсь своих целей в борьбе, а не при помощи колдовства. Тем более такой цели, как любовь. Когда настанет мой черед посетить Остров Невест, надеюсь, девушки будут выбирать меня за мои заслуги, а не за то, что я приворожил кого-то из них магией.