Если на этой планете все еще остались поэты, они больше не писали о «серебряном шаре». Старцы придали этому спутнику форму пятиконечной звезды воинственного красно-оранжевого цвета. Она имела пирамидальные выступы, расположенные группами по пять штук, – такая геометрия смутно напоминала формы черепов Старцев. Булыжник, оставшийся от этого огромного проекта, по-прежнему выпадает на землю вместе с дождями метеоров и метеоритов. Это была одна из причин, по которой корабль был замаскирован под метеор, – такие во множестве проникали в атмосферу Терры, отчего и решили, что среди них мы сможем остаться незамеченными.
Наше рискованное предприятие зависело от этих слабых надежд и мелочей.
Я не всегда мог сдерживать свои опасения. Мы вчетвером, без какого-либо полезного опыта, на который можно рассчитывать, прорываемся в Солнечную систему к какой-то непонятной планете, которая представляет собой не больше, чем пылинку в масштабах этой галактики. Наше судно замаскировано под заостренный ребристый объект, который стал таким будто бы в результате столкновений, при этом оставаясь соринкой, в сотни раз меньше, чем водный мир, в который мы направляемся… Какое помутнение нашло на Великих, когда они доверили нам такую важную миссию?
Потом я понял, что наше неведение и неопытность как раз и обусловили их выбор. Наш экипаж представлял меньше ценности, чем остальные поисковые команды. Те, кто уже пережил столкновения и спас несколько групп Уцелевших, займут более крупные позиции, чтобы выполнять более важные миссии. Нашу маленькую семью отправили в странный небольшой сектор конфликта. Если Старцы убьют нас, это будет относительно незначительная потеря – только если мы по неосторожности или в состоянии стресса не выдадим информацию, которая поможет им узнать местонахождение постов Альянса.
Для предотвращения подобной ситуации были приняты ужасные, но необходимые меры.
Мы продолжали таращиться на некрасивую оранжевую луну – она транслировалась на двенадцати наших видеоэкранах. Мне показалось, что ее цвета меняются – оранжевый светлеет, затем темнеет с разным интервалом, но я отмахнулся от этой мысли, решив, что это иллюзия, порожденная моим напряженным состоянием.
– Штурман, – позвал я, – как далеко мы продвинулись?
Он глянул на приборы и вздохнул.
– Полагаю, достаточно. Несмотря на некоторые аномалии, которые я не могу объяснить. Кажется, расстояние меняется вне зависимости от нашей скорости.
– Охотник?
– Я думаю, Звездоголовые, то есть Старцы, могут тревожить локальное космическое переплетение, – сообщила она. – Возможно, они строят те огромные машины, о которых нам говорили. Происходит такой большой обмен энергией, что они могут искривлять пространственно-временной континуум.
Штурман заметил, что это объясняет его наблюдения.
Затем Охотник попросила всех умолкнуть.
– Кажется, я что-то чувствую, – объяснила она. – В тишине будет легче сосредоточиться. Я чувствую эмоции страха. По крайней мере, я так думаю.
– Экипаж, тишина, – приказал я.
Охотник и до этого говорила о страхе, с которым, по-видимому, борются беглецы с Терры, и я понимал, что это суровая и непрерывная борьба, но мне было интересно, как бы они себя чувствовали, если бы узнали, насколько Старцы все осквернили.
Миры по всей вселенной рассыпались на камни и превращались в радиоактивное облако, миллионы наций, племен и цивилизаций были разрушены до кровавых руин, величайшие достижения искусства, науки, религии и философии померкли, словно выключенные фары на космическом крейсере.
Жители Терры знали кое-что о Старцах до этого. Они изучали их, но забыли – будто бы специально. В одной из библиотек реликтового космического корабля имелся большой документ о чем-то под названием «Мискатониксая экспедиция 1935 г.». Объект исследования был обнаружен на континенте под названием Австралия: «некоторые следы» Старцев остались «на скалах, даже спустя несколько сотен миллионов лет… они были оставлены еще до начала существования истинной жизни [Терры]». Судя по этому, жители Земли знали о борьбе Старцев против «порождений» Ктулху, об омерзительных Ми-Го и о некоторых межзвездных завоеваниях и битвах. Они знали это, но когда древнее зло снова поднялось с моря или «просочилось» со звезд, не были к этому готовы.