Захожу в нашу общую с Джо комнату, и вижу там его, сидящего на холодном полу и обрабатывающего раны маме.
Во мне бушевал шторм из эмоций: непонимае, ненависть и злость. Тихонько вхожу в комнату, мама даже не поворачивается в мою сторону, а маленький Джо, бросив все из рук, запрыгнул на меня, да так, что я чуть не потряла равновесие. Он крепко меня сжал, вцепившись, будто если он меня отпустит, я тут же исчезну. Я обняла его в ответ, поцеловала в лобик, мое тело начало успокаиваться. Осторожно опустив брата на пол, я осмотрела его с ног до головы, и убедившись, что он цел, подошла к матери.
- Ты в порядке? - с осторожностью спрашиваю я.
- Да - еще больше опустив свою голову, прошептала мама - нужно убраться, папа скоро придёт, а у нас грязно.
После этих слов я молча помогла ей встать и отвела в гостинную, ей нужно поспать. Пока я укладывала маму на бледно-бежевый диван под цвет моей кожи, по моим щекам вновь потекли слёзы. Уже и не помню дня, когда их не было на моем лице. Делаю несколько глубоких вдохов и пытаюсь успокоиться, чтобы еще больше не напугать брата своим видом, и иду обратно в комнату. Джо был рад моему возвращению, я взяла нашу белочку, плеер и включила ему те самые песни из мультиков, которые когда то помогали и мне. Ложусь рядом с ним, мои каштановые волосы попадают ему на лицо, и он смеется, я глажу его голову и подпеваю знакомые мелодии. Джо засыпает, обнимая бельчонка, а мое сердце разрывается на осколки.
Снова.
2223, 9 августа
Сегодня один из лучших дней в моей жизни: мы с мамой поехали за станком для резьбы по дереву для Джо. Он мечтал о нем около двух лет, и наконец, мы можем позволить себе такую покупку.
Мама работает без выходных, я часто выхожу на подработку, чтобы прокормить нас и, может, позволить что-то большее. Порой это очень трудно, но это гораздо лучше, чем было.
После ухода отца из нашей семьи, наш дом начал наполняться счастьем, а жизнь приобретать краски. Я так и не знаю причину того погрома, и куда ушел отец, мы об этом больше никогда не говорили, но мне и не интересно, знать его не хочу.
Придя домой, мы с порога зовем Джо. К нам прибегает белокурый мальчишка с невероятной, моей самой любимой улыбкой на свете, и сразу видит, что мы прячем огромную коробку. Без зазрений совести, он оббегает нас и смотрит. Детский радостный визг, смешанный со смехом и параллельными благодарностями доносится до моих ушей.
- Боже, Джо, я тебя обожаю, бельчонок - говорю я ему и взъерошиваю его волосы.
- Ну Мэди... - он грозно на меня посмотрел, а потом бросился в объятья - я тоже тебя люблю, сестрёнка.
Мама стоит рядом, смотрит и тоже улыбается. Как же я рада видеть её улыбку и счастливые блестящие глаза. Она наклонилась к Джо, взяла его на руки и начала кружиться с ним, мы все смеялись. Солнце освещало нам спины, я смотрю на наши тени и не могу поверить, что все наконец хорошо. Мы прошли трудный путь, но мы смогли стать лучше.
Я очнулась от того, что меня кто-то звал и сильно тряс, взявшись за мои плечи. Это был Джо.
-Мэди, сестрёнка, ты меня слышишь? Очнись, пожалуйста. Я не знаю, что делать. Мэди, не умирай.
Я медленно открываю глаза и вижу, что мы до сих пор лежим под искривлёнными деревянными балками, какими-то железками и камнями, которые так и наровили своими острыми углами воткнуться в наше сердце. Воздуха не хватает, а мою ногу похоже придавила часть кровати, под которую мы спрятались.
- Бельчонок - еле слышно говорю я, собирая все свои силы - Ты в порядке? - я даже не знаю, сколько я провела без сознания.
- Вроде да, но ты меня очень напугала.
Я пытаюсь свести мысли в одну точку, чтобы понять, что произошло за последние пару часов. Но я растеряна, я ничего не понимаю.
- Как ты думаешь, они ещё здесь? - с надеждой на отрицательный ответ спрашивает брат.
Я прислушиваюсь к своему телу, стараясь разобрать: боль в груди из-за того, что на мне сверху лежит груда обломков или твари до сих пор не оставили нас в покое.
- Я думаю, что они ушли. Помоги мне, пожалуйста - нужно было вытащить ногу, пока я ее не лишилась.
Джо изо всех сил оттянул каркас кровати, и я почувствовала сильную боль, кровь ощущаемо начала приливать к придавленной части. Руками я обхватила голень и подтянула к себе, потому что сама она двигаться не хотела.