Монумент, мрачный и всеми позабытый, встретил его суровым молчанием. Здесь, как обычно, никого не было, и казалось с прошлого визита Данила абсолютно ничего не изменилось, значит, искателю предстояло найти то, что он не разглядел раньше.
Данил трижды обошел вокруг стелы, поднялся вверх по ее ступенчатому основанию, насколько было возможно, осмотрел с новой высоты площадку памятника, далекие и близкие окрестности, но ничего, что стоило посчитать подсказкой, не увидел. Затем он принялся осторожно обходить белых великанов, осматривая с почтительного расстояния. Немалых усилий стоило Данилу держаться уверенности, что никто из них не оживет, не попытается пошевелиться, не глянет из-под беленых век живыми глазами. Только двое их замерших истуканов казались Данилу совершенно безобидными, те, что пострадали от рук неизвестного вандала.
— Возможно, местного Таганского, — напомнил себе Данил.
Он остановился около покалеченной пары.
«Что же так азартно искал в вас Грановский? – мысленно вопрошал статуи Данил. – Что, по его мнению, могли положить в вас создатели? Что-то ценное? Или просто памятное? А что вообще могли замуровать в скульптуры советские мастера? Я ведь явно мешал ему своим присутствием. Он рискнул остаться один, чтобы спокойно покопаться в ваших обломках. И как? Удачно? Нашел что-нибудь? А не поэтому ли его убили, что нашел? Или все же не нашел, потому что сломавший вас Таганский добрался до сокровища раньше?»
Белые великаны не отвечали, и Данилу пришлось самому искать ответы.
Бревно, которым пользовался Грановский, чтобы добраться до скульптур, еще валялось рядом с пьедесталом пострадавшей пары. Данил вернул импровизированную подставку в нужное положение и сам забрался на постамент. В женском изваянии Данил сразу обнаружил небольшую полость. Посвятив внутрь телефоном, нашел там вездесущий красный песок. На мгновение рука дернулась, опасаясь погружаться в сыпучую субстанцию, но Данил пересилил себя.
Рылся он долго и упорно, но не обнаружил ничего, кроме обычного мусора: камешки, веточки, сухие листья. Тогда Данил заглянул во вторую фигуру – мужскую. Полость там тоже была, но располагалась менее удобно, чем в женской скульптуре. Она имела вытянутую вниз форму, и после частичного разрушения торса от нее осталась продолговатая, полукруглая вмятина и неглубокий карман в самом конце. Углубление заполнял красный песок. Данил выгреб его весь, но ничего стоящего так и не обнаружил. Он уже собрался отчитать себя за глупые надежды, но тут заметил то, на что в погоне за сокровищем не обратил должного внимания. На вертикальной вмятине виднелся след от двух окружностей, помещенных одна в другую. Несколько секунд Данил размышлял над тем, что же это ему напоминает, пока не набрел на мысль о древних кольцах, что дал ему кузнец.
Взбудораженный находкой, Данил спешно ощупал вмятину. Сомнений не оставалось, когда-то здесь лежало кольцо, диаметром сантиметров в пять. Данил вернулся к женскому изваянию, еще раз осмотрел его полость и в конце концов тоже нашел точно такой же след от кольца.
— Вот где Таганский раздобыл свои артефакты! – обрадовался Данил, но ликование его было недолгим, потому что песок внутри поломанных статуй загудел, изваяния завибрировали, а Данила кольнуло нехорошее предчувствие. Очень уж происходящее походило на случай на кургане.
Опасаясь снова оказаться в эпицентре опасной активности неизвестно чего, Данил поспешил спрыгнуть с пьедестала, но запнулся о свою же ногу и рухнул, вместо того, чтобы запланировано приземлиться. Он даже умудрился чиркнуть лбом о плиты площадки памятника, так что поднявшись, пришлось не только отряхиваться, но и отплевываться, и стирать неприятно натекающую на глаза кровь. Однако даже так Данил заметил появление женской фигуры на краю площадки, обращенному к морю.
— Оля? – окликнул он женщину, та обернулась. – Что ты здесь делаешь?
— Смотри, что я тут нашла, — улыбнулась Оля и показала каменный стержень с надетыми геометрическими фигурками. – Забавно, да? Очень похоже на головоломку, которую нам с Мишей отец привез. – Сказав это, Оля ловко повернула разномастные фигурки, заставляя встраиваться друг в друга.
— Не надо! – запоздало воскликнул Данил. – Красный песок!
Данил даже кинулся к Оле, надеясь ее остановить, но тут из-за Олиной спины взвилась целая стена песка, словно на откосе, уходящем к морю, произошел бесшумный взрыв и подбросил вверх огромные сыпучие массы. Гигантская волна взметнулась до неба, на мгновение закрыв собой даже солнце, утопив двух единственных свидетелей во тьме своей тени.