— Оля, — в ужасе выдохнул Данил, а в следующее мгновение красная волна хлынула вниз, шутя смела женщину с края площадки и утащила за собой на склон. Оля не успела ни вскрикнуть, ни даже понять, что произошло. – Оля!!! – что было сил закричал Данил и кинулся за ней, но запнулся и со всего размаха рухнул на бетонные плиты.
На этот раз удар лбом оказался таким сильным, что сознание отключилось. Данил пришел в себя, как ему показалось, практически сразу. Вскочил на ноги, он опять ринулся через смотровую площадку к Оле.
За те короткие мгновение, что Данил был без сознания, песок успел остановиться и замереть, образовав аккуратный бугор на крутом склоне. Спрыгнув на эту песчаную подушку, Данил принялся рыть, не переставая звать Олю. Он надеялся, что та откликнется, хоть звуком, хоть шорохом, хоть малейшим шевелением.
Не зная, где точно искать угодившую в ловушку подругу, Данил сумбурно метался по красной куче, начинал рыть в одном месте, бросал, кидался в другую сторону, несколько секунд судорожно разгребал песок там, а потом мчался на противоположный край, потому что казалось, что там что-то шевелится. Данил понимал, что счет идет даже не на минуты, а на секунды, но сделать большего чем то, что и так делал, не мог. Однако шансов на спасение оставалось слишком мало.
Данил принялся звать на помощь. У монумента как всегда было безлюдно, но ниже по бугру проходила дорога, и вот по ней машины периодически проносились. Данил ринулся туда, выскочил на проезжую часть, едва не угодил под колеса, но отважно перекрыл дорогу, требуя остановиться.
— Человека засыпало! – жарко бросил он возмущенному водителю. – Помогите! Лопата есть?! Скорее!
Одним остановленным автомобилем Данил не ограничился и через несколько минут, задыхаясь от волнения и быстрого бега уже штурмовал подъем к памятнику во главе группы добровольных спасателей. У троих автолюбителей нашлись лопаты, ими спешно заработали, разбрасывая кровавый песок, остальные добровольцы, рыли руками.
Немного совладав с собой, Данил догадался вызвать и профессиональных спасателей, а потом позвонил Тарасову:
— Колька! Приезжай немедленно! Олю засыпало песком! У монумента гидростроителей! – и оборвал звонок до того, как ошарашенный Тарасов начал задавать уточняющие вопросы.
Затем Данила посетила, как ему казалось, гениальная мысль, он набрал Олин номер и попытался услышать звонок вызова от ее телефона, носясь по округе.
Первыми подняли ропот добровольные помощники:
— Мы уже до земли дорыли!
— Вот именно! Трава уже! А никакого тела нет!
— Это что значит?! Шутки такие?!
— Мы уже все тут перерыли! Никого тут нет!
— Есть! Она здесь! Под песком! – убеждал их Данил. – Я видел, как ее песком накрыло! Не останавливайтесь! Нельзя останавливаться! Она же задохнется!
Уговоров хватило лишь на пару минут, поле чего опять полетели недовольные реплики. Данил ввязался в споры, и дело едва не дошло до драки, но подоспели спасатели. Данил тут же переключился на них, как мог объяснил, что произошло, и горячо просил немедленно начать поиски Оли. О том, что теперь уже шансы найти ее живой ничтожно малы, Данил думать себе не позволял.
С появлением серьезных профессионалов добровольные помощники приутихли, ожидая результатов поисков. Спасатели быстро и грамотно распределили между собой направления работ, отстранили добровольцев с лопатами и занялись планомерным поиском. Однако и их слаженные и выверенные инструкциями действия никаких результатов не дали. Песчаный бугор был заново перекопан, но Олю так и не нашли.
— Нет здесь никого! – все увереннее стало звучать от добровольных помощников, которых вытеснили в ряды зрителей.
— Вы уверены, что женщину засыпало здесь? – серьезно спросил руководитель группы спасателей.
— Конечно, уверен! – возмутился Данил и опять кинулся в спор, желая, как можно быстрее доказать свою правоту и продолжить поиски.
В разгар ссоры влетел взбудораженный Тарасов, сразу кинулся к Данилу, требуя подробностей произошедшего, но в разговор хором вмешались отстраненные добровольцы и раздраженные спасатели, в результате все вылилось в общий гам.