- Во время Запечатления? До смерти. Поиск добрался до холда моего отца в тот самый день, когда должно было состояться Запечатление. Все случилось так быстро... Я и оглянуться не успела, как меня доставили в Исту, переодели и вытолкали на площадку рождений: а я даже еще не очень-то представляла, что, собственно говоря, происходит. Орлик,- Морета не смогла сдержать счастливой и торжествующей улыбки, - простила мне, что я чуть не опоздала.
- Ах... - снова вздохнула Оклина, и Морета улыбнулась, поняв, что девушка мечтает о том,чтобы быть найденой в Поиске и Запечатлеть свою королеву. Морете даже стало немного стыдно от того, что ей самой так сказочно повезло - она Запечатлела Орлих, ставшей ее подругой, утешением, ее жизнью. Но на смену чувству вины незамедлительно пришло понимание разницы между желанием, его воплощением, и принятием своей судьбы.
- Если бы мой брат не был наследником холда, он стал бы наездником дракона, - шепотом поделилась с Моретой Оклина.
- Неужели? - искренне удивилась Морета.
Она не слышала, чтобы Вейр хотел принять к себе одного из сыновей Лорда Лифа. Во всяком случае, в последние десять Оборотов, с тех пор, как она сама появилась в Форт Вейре.
- Мне рассказал Даг, - торопливо объяснила Оклина. - Это было двенадцать оборотов тому назад. Даг рассказывал, что Лорд Лиф был буквально вне себя от ярости, и все из-за того, что хотел сделать Алесана своим наследником. Отец заявил всадникам, что те могут забрать кого угодно в холде Руата, кроме Алесана. Но, как говорит Даг, больше никто драконам не подошел... откуда драконы знают, кто пригоден, а кто нет?
- Драконы в Поиске всегда знают, - таинственным голосом сказала Морета (привычный и хорошо отработанный ответ). - В каждом Вейре есть драконы, чувствующие потенциальных всадников, - голос Мореты стал еще более таинственным. - Есть люди, родившиеся в Вейре, всю свою жизнь знавшие и драконов и всадников, и которые тем не менее не способны Запечатлеть. А бывают совершенно посторонние, вроде меня, у которых это получается. Драконы всегда знают, кто на что способен.
- Драконы всегда знают... - прошептала Оксана, не то молясь, не то проклиная.
Она кинула быстрый взгляд на мирно дремлющих драконов, словно опасаясь, что те могут обидеться.
- Пойдем, Оклина, - сказала Морета. - Я просто умираю, как хочется потанцевать.
Глава 3
Холд Руата, 3.11.43
Из всех Собраний, на которых Морета когда-либо бывала, Собрание в Руате в этот вечерний час, казалось, - воплощение самого духа Собрания люди из Вейров, холдов и мастерских собрались вместе поесть, выпить, потанцевать и вообще приятно провести время в обществе друг друга. Корзины с огнем золотым светом вырывали из ночного мрака людей, сидящих за столиками, стоящих и очем-то оживленно беседующих, танцоров, мужчин, столпившихся у винных бочек. Дети то и дело вылетали на свет лишь для того, чтобы тут же снова нырнуть в темноту - их смех и крики порой взлетали над музыкой и гулом толпы. В теплом ночном воздухе плыл аромат жарящегося мяса, запахи пыли и едкого дыма.
На платформе расположились сразу, девять арфистов, а еще пять отдыхали внизу поджидая своей очереди. Морета не видела, есть ли среди них Тирон, но главный мастер арфистов, вполне возможно, бродил где-то между столиками. Алесан мог недолюбливать Тирона, но тот, несомненно, выполнит свой долг по отношению к молодому Лорду, проводящему свое первое Собрание.
При виде Мореты и Оклины толпа расступилась, и под шепоток приветствий они прошествовали к площадке для танцев. Проводив Морету до столика в первом ряду, прямо напротив помоста арфистов, Оклина повернулась было, чтобы уйти, но Госпожа Форт Вейра поймала ее за руку. Когда Алесан, вскочив, пригласил Морету присесть, она, несмотря на протесты девушки, усадила ее рядом с собой.
- Здесь нам всем хватит места, не правда ли? - спросила она, со значением глядя на Алесана. - Оклина так хорошо обо мне позаботилась.
- Конечно, места хватит всем, - любезно ответил Алесан, делая знак подвинуться сидящих за столом. Он поглядел на устpаивающуюся поудобнее Морету и нахмурился. - И это лучшее, что для тебя нашли? - неодобрительно спросил он трогая рукав красно-коричневого платья.
- Это платье мне подходит. Танцевать, во всяком случае, в нем куда удобнее, чем в моем. И мне было из чего выбирать, - торопливо добавила Морета, поняв, что именно вызвало неудовольствие Алесана. - По-моему, стоит взять за провило привозить на Собрание сразу два платья: одно смотреть скачки, - она озорно улыбнулась, - а другое, чтобы себя показать - и она с нарочитой высокомерностью вздернула подбородок.
Умиротворенный, Алесан улыбнулся и жестом велел слуге наполнить кубок Мореты.
- У меня есть для тебя еще немного вина из Бендена, - он поднял свой кубок в тосте.
Морета еще только пригубила свое вино, когда арфисты заиграли веселую танцевальную мелодию.
- Соблаговолит ли Госпожа Вейра подарить мне танец? - спросил Алесан, вскакивая на ноги и протягивая Морете руку.
- А зачем еще я сюда пришла? - вопросом на вопрос ответила Морета, - и повернувшись к Оклине, с улыбкой добавила, - Посторожи, пожалуйста, мое место и мой кубок.
Взяв затем Алесана за руку, она позволила увлечь себя на площадку, и вместе они закружились в такт музыке.
Морета любила танцевать. Но хотя в Вейре были музыканты, и хотя вечерами там порой и звучали песни, но танцы обычно устраивали только во время празднеств рождения. Иногда голубой или зеленый наездник позволяли себе продемонстрировать окружающим пару-другую безумных па, обычно как следует поддав после трудного Падения, смерти дракона или всадника. Такие танцы вызывали у Мореты откровенный ужас. Лери и Л'Мар считали, что это очищает наездников, но Морета в подобных случаях всегда предпочитала поскорее улететь из Вейра, оставив позади душераздирающий рокот барабанов и кривляющиеся тела. Но эти печальные воспоминания вскоре покинули Морету, изгнанные очарованием музыки Собрания.
Танец кончился. Запыхавшаяся Морета и Алесан вернулись к своему столику. Они от всей души аплодировали музыкантам и их нежной, простой, веселой, до боли знакомой мелодии.
- Теперь я должен потанцевать с Фалгой, - сказал Алесан, возвращая Морету на ее место за столом. - Надеюсь, ты прибережешь для меня еще один танец?