Они поглядели друг другу в глаза. Подняв руку, Алесан нежно стер слезы со щек наездницы. Он крепче прижал ее к себе, и Морета, запрокинув голову, приняла его поцелуй, думая тем самым наложить последнюю печать на их общее горе. Они никак не ожидали вдруг охватившей их страсти: Морета потому, что просто не привыкла думать ни о чем таком, Алесан - потому, что полагал себя эмоционально опустошенным после всего случившегося в Руате.
Орлих благодушно урчала, но Морета ничего не слышала. Ее с головой захлестнул огненный шквал эмоций, ощущение прижавшегося к ней тела, чувство жизненной силы... Даже во время ее первой любви с Талпаном она не испытывала ничего подобного. Ей хотелось, чтобы это мгновение длилось целую вечность.
Медленно и неохотно Алесан оторвался от ее уст. Он услышал мелодичное урчание королевы и удивленно поглядел в ее сторону.
- Она совсем не против! - пораженно воскликнул он, только сейчас понимая, как рисковал.
- Если бы возражала, ты бы давным-давно об этом узнал, - засмеялась Морета. Радость и счастье, поднявшиеся из невесть каких глубин ее души, наполняли ее до самых краев.
Урчание Орлих перешло в торжествующую трель - ну, насколько драконья глотка способна на трели. Морета неохотно сделала шаг назад.
- И все это слышат? - печально улыбаясь, спросил Алесан.
- Ну, возможно, кто-то решит, что Орлих так выражает свою радость по поводу успешной кладки...
- Твое платье! - Алесан с готовностью ухватился за повод броситься на помощь измятому, выпавшему у них из рук платью. Он как раз поднял его и протягивал Морете, когда на площадке появились Туэро и М'барак.
- У вас столько дел, лорд Алесан, - учтиво сказала Морета, сама поражаясь своей выдержке, - Как это мило с вашей стороны, что вы вспомнили о моем бедном платье.
- Если простая любезность вернуть вам то, что вы у нас оставили вознаграждается вами с такой щедростью, вы можете оставлять у меня все, что вам только угодно - глаза Алесана весело блестели, когда он это говорил, но показывал он при этом на большой тюк, который держал в руках Туэро.
Морета в ответ могла только рассмеяться.
- И я взял еще далеко не все, что нам требовалось, - признался арфист, с улыбкой глядя на лорда Руата. - И так, еще немного - и ваши кладовые остались бы совершенно пустыми, - сообщил он Морете.
- Ну нам-то проще пополнить их, чем вам, - отмахнулась наездница. Как я говорила лорду Алесану, мне кажется в старых летописях было что-то о вакцинации животных, хотя деталей я уже не помню. Я бы для начала попробовала сыворотку на каком-нибудь не слишком ценном коне...
- Сейча в Руате не осталось не слишком ценных коней, - быстро сказал Алесан. - У меня не остается другого выхода, как пробовать. Пpобовать и надеяться, что вакцина подействует на коней не хуже, чем на людей.
- А вы посоветовались с мастером Капиамом? - спросила Морета.
- Это ты, Морета, знаешь, что и как с конями, а вовсе не мастер Капиам. Зачем будить его, если вся идея окажется неосуществимой.
- По-моеу она очень даже осуществима. - Морета взяла Алесана за руку, стремясь хоть на миг вернуть то сладостное мгновение единения. По-моему, вам следует немедленно поставить в известность мастерскую лекарей. И не забудьте мне рассказать, как у вас пойдут дела.
Алесан почтительно поклонился, и под предлогом вежливого рукопожатия погладил ее ладонь.
- Можете в этом не сомневаться.
- Я знаю, что Оклина жива, - сказала Морета, когда Алесан и Туэро уже собрались уходить, - Но как Даг, и Визгун?
- А с чего бы еще я так отчаянно стремился во что бы то ни стало вакцинировать своих коней? Визгун, вполне вероятно, последний жеребец, который у меня еще остался.
Выходя с Площадки, Алесан низко поклонился Орлих, и королева снова заурчала. С удивленным выражением на лице Туэро поспешитл за лордом. М'барак следовал за ним по пятам.
Чувствуя странную слабость во всем теле, Морета уселась на каменную скамью. Она думала о том, есть ли хоть малейший шанс на то, что Лери и Холх не заметили происшедшее на Площадке.
Глава 14
Мастерская лекарей, холд Руат, Форт Вейр, холд Иста, 3.20. 43
- Смотри на это как на своего рода испытание, - посоветовал мастер лекарь Капиам мастеру арфисту Тирону.
- Испытание?! - негодующе вскричал Тирон. - Нам что, мало испытаний досталось за прошедшие десять дней?! Пол-континента лежит при смерти, вторая - до полусмерти боится, малейший чих вызывает панику, а наездникик еле-еле ухитряются справиться с Нитями. В каждом ремесле мы потеряли назаменимых мастеров. И ты предлагаешь мне рассматривать твои новости как еще одно испытание? - Тирон возмущенно глядел на лекаря. Он стоял уперев руки в боки в типичной, как это называл Капиам, "позе недовольного арфиста". Немного смешная поза, и Капиам старался не смотреть на сидящую рядом с ним Дездру, с которой он только накануне поделился этим своим наблюдением. Повод для заявления Тирона и впрямь не мог служить причиной особого веселья.
- Разве не ты говорил мне только сегодня утром, - продолжал Тирон своим зычным, гулким голосом, - что на всем континенте за вчерашний день не было отмечено ни одного нового случая болезни?
- Говорил, - согласился Капиам, - Хотя, по правде сказать, мне станет легче, когда ни одного случая не будет зарегистрировано в течение хотя бы чеырех дней подряд. Но как бы там ни было, все это означает всего-навсего, что волна инфекции проходит. Но "грипп" - как называли древние эту болезнь - может вернуться. И меня очень беспокоит следующая волна.
- Следующая волна? - Тирон смотрел на лекаря, явно надеясь, что ослышался.
Капиам вздохнул. Ему вовсе не хотелось пускаться в объяснения. Особенно сейчас, когда он еще окончательно не решил, что делать. Люди всегда спокойнее встречают грозящую им опасность, когда заранее знают, как с ней бороться. Он уже почти закончил подсчеты, сколько потребуется вакцины и всадников /считая, что они хотят избежать повторения прошедшей эпидемии не меньше, чем он сам/ для ее распределения по холдам и мастерским. Но ученики никогда не умели держать язык за зубами, и вот теперь изволь объяснять, почему лекари по прежнему собирают кровь и готовят сыворотку, когда новых случаев болезни уже нет.