Шут охладел.
- Позволь я расскажу тебя одну поучительную историю, мой друг. – Шут уселся на массивное бардовое кресло, одиноко ожидавшее его в центре комнаты. – История начинается с очень умного и миролюбивого мужчины назовём его господином П. Господин П являлся пастором в часовне одной небогатой и малопримечательной деревни Г. И долгое время жил он в деревне Г припеваючи, его уважали за мудрость и ум, к его проповедям прислушивались, его воспевали… - Бонд поднял палец, собираясь продолжить, но передумал, пространно покачал рукой, омрачнился и снял шляпу, повесив её на вешалку, стоявшую под рукой. – Но в деревню Г пришла беда. Мор. Мор. Мор, понимаешь?.. Сначала подох весь скот. Потом охотники. Потом заболели пастухи и так по накатанной. Снежный ком из смертей и страданий, страданий и смертей. Агония в чистом виде, - шут тараторил и из его рта летели слюни, но он глубоко вздохнул и следом заговорил тихо, мерно, спокойно, - впрочем, как и везде. Но всё это было ничего, пока с города привозились лазурные камушки всё было хорошо. А потом…
- Догадываюсь, - мирно вмешался Тотти, - потом светляков стало не хватать. Знаю я эти сюжеты, таких деревень тут пруд пруди.
Бонд, восседавший на столе, резво с него вскочил, натянул шляпу и уткнулся пальцем в плечо Тотти.
- Вы это, мой друг, очень вовремя подметили.
- Про деревни? – охранник медленно убрал палец колдуна со своего плеча.
- Нет, про пруд, - сумасшедше захихикал Бонд. – Он тут недалеко. И именно в нём господин П и решил покончит с жизнью. Видишь ли, мой друг, от мора людишки мрут очень быстро, бедный господин П попросту не успевал их лечить. А те, кто умирали недостаточно быстро, проклинали святоносца за плохое лечение. Не удивительно, что все эти злые слова пошатнули его рассудок. Вернёмся к пруду около маленькой и непримечательной деревни Г, господин П, стоявший одной поздней ночью у его берега, шептал в сердцах: «Звезда, почему братья позабыли о нас? Неужели мы для них ничто?! Разве эти семьи достойны того, чтобы погибнуть, как свиньи»?
Бонд захихикал, потирая руки.
- А потом, господин П прокричал так громко, как только позволяла ему его старческая слабая душонка: «Лучше бы меня здесь не было! Лучше бы никого здесь не было! Мы все, перестали бы страдать». Он рвал не себе волосы, пенился, рычал, как зверь на цепи, - ни с того ни с сего колдун упал на четвереньки, охранник вздрогнул, испугавшись, но у шута всё шло строго по плану, - Он припал ко дну пруда и начал судорожно что-то искать. – Бонд артистично пародировал движения героя своей истории. – И тогда… В озерном иле породилось это.
Шут протянул Тотти нечто чёрное. Нечто оказалось кинжалом, искривлённым, холодным, узорчатым у рукояти.
- И тогда в деревне всё закончилось. Наступила тишина. Если я прав, сюда даже заглядывала инквизиция. Рубины горели, как кострища в праздничные дни Огнагла. Но серые не увидели никого. Их окружало ничего. Они сочли, это место проклятым и поспешили его покинуть. Словом, правильно сделали, ведь ещё бы немного и… Позволь мне прерваться, кое-кто очень важный попал в беду.
Шут вытащил из трещины в половице игральную карту с изображением некоего костлявого раба, сидящего в клетке. Из рукава он ловко выудил перо, а из внутреннего кармана мундира бутыль с чернилами. Бонд написал что-то на карте, после негромко хлопнул в ладоши и, улыбнувшись Тотти, положил поверх карты металлический шарик – пулю. Пару мгновений и карта вместе с пулей исчезли.
Тотти сидел, как на иголках.
- То-есть кинжал их спас? – охранник сглотнул густую слюну. - Тогда почему здесь монстры кругом?
- Какое же ты всё-таки дерево, сторожило ты однобокое, - беззлобно произнёс колдун. – Как же ты не поймёшь, нож дал им ничто и это ничто спасло людишек. Но людям же мало ничто, они захотели всё, - он распростёр руки. – И каков итог?
- Люди стали монстрами? – предположил Тотти.
- Они были ими всегда. Заметь, друг мой, в моём рассказе был хотя-бы один бог? Ну хотябы маленький, - он показал пальцами примерные размеры предполагаемого бога, - миниатюрный, мизерный.
- Я понял к чему ты клонишь. Послушай, колдун, может ты поможешь мне выбраться? После твоей истории вообще не хочется тут оставаться.
- Я? - он улыбнулся, указал на себя пальцем. – Нет, друг мой, тебе поможет кинжал, только он и никто другой.
- Не, не, Бонд, я не хочу стать, как они, - охранник хотел указать на дверь, но вдруг осознал, что в комнате вообще не было дверей.
- Дурья башка, Тотти, - шут изнемогал, - чем ты слушал. Я же сказал, что кинжал помогает. По-мо-га-ет. Слышишь? Монстрами они стали из жадности, от жажды силы и нежелания брать за неё ответственность, но ты же человек не глупый… - Он подошёл к сидящему охраннику вплотную, навис над ним своей тенью. – Будь добр, отнеси этот кинжал инквизиторам, ты же справишься?