Руки Свейна потянулись к рукояти. Лезвие, словно по собственной воле упёрлось в кадык инквизитора. Отр вспотел, слеза покатилась по щеке. Где-то внутри него сражался с мороком “настоящий Свейн”, но у того не было и шанса против обворожительного обаяния леди Мари. Перед глазами пролетела вся жизнь: детство, ранняя смерть отца, новый муж матери, постоянные драки с ним, жизнь в трущобах, надежда, найденная в соборе святолазурной церкви, годы практики, любовь, женитьба, рождение дочери, переезд на Риней, друзья, страх за жизни жены и дочери, смерть близкого, душащее отчаяние, которое, казалось, уже невозможно скрыть за улыбкой выпивающего весельчака. Рука дрогнула. Он услышал голос Перо, проклинающую отца за то, что тот выбрал работу, а не семью. Мари гладила Свейна по голове.
- Лесничие выкрали какую-то важную деталь из тамошней церкви. Сам орган потеряли после обвала грунта где-то на хвойном острове. Но, даже если его найдут, без ключа всё равно ничего не выйдет.
- Где ключ? И на что вообще способен этот орган?
- Я не знаю, вернее не помню, там было написано про какой-то переход… А ключ находится в…
Дверь выбили с обратной стороны. Из коридора в полутёмное помещение вошли Даркус и Деккон, последний удерживал в руке горящий синим пламенем лазурный кристалл. Мари побледнела. Она тут же вскочила, выхватила клинок у Свейна и вжалась в угол комнаты.
- Как вы это сделали!?
- У меня такой же вопрос. Что за божество тебе помогало!? – Даркус ухватился за рапиру покрепче.
- Ты не посмеешь!
- Зато посмею я! – прокричал Свейн, попавший под очищающий свет камня.
Он вскочил с кровати, одновременно бросив в Мари простыню, которой укрывался ранее. Воспользовавшись её замешательством, Свейн подпрыгнул к еретичке вплотную и через ткань обхватил клинок. Знаменитый удар ногой по рёбрам, поваливший даже яростного быка Азари, заставил девушку упасть на колени и выплёвывать собственные лёгкие.
- Свяжите её и рот ей забейте чем-нибудь! – загромыхал Свейн. - А я пока оденусь… А то щеголяю тут в чём мать родила, девчонок смущаю.
«О да! Свейн определённо пришёл в норму» Даркус обхватил беспрерывно кашляющую Мари и приказал Деккону обвязать её всё той же простынёй.
- Честно, я правда больше ничего не знаю! – Мари рыдала так громко, как только могло позволить её горло. – Это всё та женщина с двумя тенями. Прошу! Молю!
Она попыталась подползти на коленях к инквизиторам, но Даркус остановил её крепкой пощёчиной.
У входа в помещение столпились десятки слуг, они то и дело охали и ахали. Лазурный свет вернул им здравомыслие. Слуги до сих пор пребывали в полнейшем шоке, ибо они целый месяц прислуживали неизвестному человеку, к тому же еретику.
- Это она рассказала тебе про него? – Свейн не мог напрямую спросить про орган, ибо вокруг было слишком много ушей.
- ДА! Она хотела убить меня за то, что я подслушала! Она чокнутая сука! Она хотела убить меня! Мне пришлось бежать в Шифл, чтобы выжить! - истерика девушки не спадала, не спасали даже повторные пощёчины. – Прошу вас, я правда не желала вам зла. Я всего лишь хотела разобраться со всем и отпустить вас! Молю!
Слёзы стекали с её лица ручьями, она то и дело шмыгала носом и громко вздыхала. Руки её тряслись, а гладкая мягкая кожа покрылась гусиными мурашками.
- Не волнуйтесь мисс Мари, я тоже не желаю вам зла, – Свейн подошёл к ней вплотную и развязал одну руку. – Поэтому я дам вам выбор, или я изгоняю из вас веру при помощи Святой Лазури, или вы продолжите верить в Дичалого бога дальше.
Свейн вложил в её ладонь фруктовый нож, который лежал на тумбе, у изголовья кровати.
- Но… Но… Я ведь или умру, или стану овощем!
- Выбирайте, мисс Мари, жизнь калеки или смерть еретички?
Руки девушки перестали мандражировать. В отражении лезвия ножа она увидела своё жалкое заплаканное лицо.
- Простите меня… Я поступила ужасно… Я не хочу умирать… Я не хочу…
Свейн начал читать молитву. Девушку окружила неосязаемая голубая аура. Комната заполнилась запахом озона. Мари тяжело задышала, её глаза начали терять свой завораживающий блеск. Больше всего на свете она боялась потерять здравомыслие, поэтому в последний момент решилась сохранить его, избавившись от воли к жизни. Несколько быстрых колющих ударов в собственный живот и её страдания прекратились.
- Жестоко ты с ней, Свейн, - Азари похлопал друга по плечу.
- Отвечаю той же монетой. Она узнала то, чего ей было знать не положено.
- И какое же грязное бельишко прячет наша церковь? – В шутку произнёс Дарк.