Он машинально всплыл и воскликнул: «вода тёплая!» Даркус захихикал, ему стало смешно от абсурда, творившегося вокруг. Вдруг послышался треск. Звук доносился где-то недалеко, на берегу. Даркус подплыл поближе к двухфутовому отвесному берегу и тут же пригнулся. Над его головой проскочило что-то паукообразное. Тварь была в несколько раз меньше, чем те, кто напали на отряд ранее. Азари спрятал кристалл во внутреннем кармане, чтобы ненароком не привлечь внимание паучка или его родителей. Его вновь пробило на смех, но только сейчас смеяться нельзя. Было поздно, инквизитор не мог заставить себя прекратить. Он с силой сжал свою челюсть и надкусил язык, при этом продолжая язвительно хихикать прямо в лицо ненавистной судьбе. «Заткнись же, блять!» Ему почувствовался вкус крови – чуть язык не откусил.
Тем временем маленький паук словно слепая собака принюхивался к тоннелю, по которому пришёл инквизитор. Монстр подошёл ближе к воде и нырнул вглубь. «Они ещё и плавают!» Ноги Даркуса покрылись мурашками, сердце жалобно сжалось, боясь лишний раз ударяться. В воду капнула скопившаяся во рту кровь. В тот же миг паук встрепенулся и, громко хлюпая лапами по воде, начал сокращать дистанцию.
Даркус ужаснулся, он за долю секунды повернулся к возвышающемуся берегу и, ухватившись за уступ, запрыгнул наверх так высоко, как никогда бы в жизни не прыгнул.
Судя по тишине, монстр замер. Даркус ощущал, что тварь остановилась примерно в двух метрах от него. Инквизитор ухватился за фальшион и постучал лезвием о берег. Тихий звон пронёсся по всей пещере, но ответной реакции не последовало. Он достал рубин и направил свет чуть ближе к озеру. На водной поверхности распластался волосатый паук, явно детёныш. Его глаза ещё толком не сформировались, поэтому не отличались тем же янтарным блеском, как у взрослых сородичей.
— Значит, ты, дружище, глухой и слепой? А твои родители такие же? – Даркус обратился к пауку, но тот очевидно не ответил. – Как же тогда ты меня заметил?
Паук вновь вздрогнул. От резкого движения многоглазого Даркус чуть было не потерял равновесие и не отправился обратно в воду. Инквизитор прищурился и увидел, как тварь залезает во всё тот же зло пакостный тоннель.
- Тебе там прямо мёдом намазано… - Даркуса осенило. – Тебя трупик терза манит? Или его кровь? - он заговорил чувственно, гудя в горле. - Видать, у вас хороший нюх, а как только вы взрослеете обретаете ещё и зрение. Иначе, тот гигант наверху, наверное, твой папа или твоя мама, меня бы не заметил. В твоём племени, дружок, есть давняя традиция, как только прорежутся первые глазки папа паук выведет тебя на охоту. Ты научишься набрасываться на добычу, кусаться и бодаться, плести паутину и рыть норки, а пока ты всего лишь… всего лишь…
Даркус смолк. Понял, что неосознанно несёт какой-то бред.
«С каких пор я начал разговаривать сам с собой?»
Послышалось чьё-то эхо. Это был отчаянный мужской крик боли. Понять откуда исходил звук сложно, поэтому в выборе направления Даркус доверился своей удаче. «Раз уж судьба хочет меня сегодня грохнуть, так пусть попробует!»
Хитрая удача действительно не подвела. Из десятка паучьих нор Даркус выбрал именно ту, которая привела его на звуки битвы. Тоннель постепенно превращался в самую настоящую пещеру, льда на стенах уже не было, только голый бледный камень. Чем дольше он шёл, тем жарче становилось. В определённый момент в воздухе уже витал пар.
«Почему тут так жарко?» Думал Дарк, стирая пот со лба.
В темноте, метрах в тридцати, он приметил маленький огонёк – это горел светляк. Даркус пригнулся и украдкой подошёл поближе, но всё ещё укрывался во тьме. Остановившись в пятнадцати шагах от источника света Даркус оценил ситуацию. Трое инквизиторов отчаянно сражались с парой многолапых громадин. На земле лежал четвёртый, выглядел он неважно. На шее пульсировали чёрные прожилки, ведущие к прокушенному паучьими клыками плечу.
Над головой Даркуса послышалось шипение. Он не успел и головы поднять, как тут же получил удар. Паук напал с потолка, на который Азари не удосужился обратить внимания. Мерзкое существо прижало инквизитора лицом к земле и что есть мочи вцепилось в его ногу. Даркус взревел, схватился за меч покрепче и, развернувшись всем торсом, рассёк паучье брюшко. Монстр взвизгнул и, отпрыгнув, скрылся в темноте, но было уже поздно: тварь выдали янтарные светящиеся глаза, обезумевший от боли отр бросился в наступление. Он беспощадно срезал лапы паука, не давая ему и шанса на повторное отступление. Издав противный чавкающий всхлип, тельце паука обмякло и припало к земле. Но Даркусу было мало.