Голова Агнеш склонилась на грудь.
- Нельзя спать, - услышала она голос Балинта Эси. - Смотрите, не засыпайте, а то можно обморозиться, лучше продолжайте ваш спор о равноправии женщин и полетах в космос.
Но спор утих. Караульщики теснее прижались друг к другу, то и дело растирали руки и ноги, но это мало помогало: они так мерзли, что, казалось, не дождутся утра. То одного, то другого приходилось трясти: «Смотри, не засыпай!»
К утру на город пал туман, пошел мелкий густой дождь со снегом.
Когда сквозь серую мглу уже можно было различить очертания зданий, проснулись жители окрестных домов. Женщины, дети, мужчины, старики, вооружившись корзинами, сетками, шли к вагону. Вся округа знала уже, что будут раздавать картофель. Вагон с охраной постепенно окружали голодные, оборванные люди; поток этих людей, вылезающих из развалин и подвалов, все ширился и ширился.
Карчи Берень с тревогой поглядывал на все увеличивающуюся толпу.
- Скажи, Балинт, когда можно будет наполнить мешочки?
- Какие мешочки? - удивился Эси.
- Мы принесли с собой двадцать мешочков... для самых активных членов Мадиса.
- Не понимаю.
- Ну, чтобы им не нужно было стоять в очереди.
-Ты что думаешь? - взорвало Эси. - Картошку привезли для жителей района, а не для руководителей Мадиса.
- А мы тоже жители района. За то, что мы работаем, мы можем получить столько же картошки, сколько и другие.
- Если останется.
- А если не останется?
- Тогда не получим.
- Балинт, это я посоветовал Карчи сбегать домой и собрать мешочки и пакеты, - сказал Йошка Чорба.
- Очень плохо сделал.
- А если бы мы не работали в Мадисе, если бы не мерзли в карауле, то мы получили бы по пять кило картошки?
- Получили бы.
- Выходит, тому, кто достает картошку, тому, кто охраняет ее, не полагается?
- Ты что, для себя доставал ее?
- Нет, но...
- Пойми, Йошка, получать без очереди - это коррупция.
- Как хотите, - вздохнул Карчи Берень. - Но у нас дома будет такой скандал... Мама охала и ругалась, куда это я иду на ночь, ведь запрещается ходить по улицам, поминутно слышатся крики: «Патруль, на помощь, караул!» Мне удалось ее успокоить, я пообещал принести картошки. Как мне теперь возвращаться домой с пустыми руками?
- Если хочешь, бери сумку и становись в очередь, придет твой черед - получишь. Но тогда ты не примешь участия в работе. Из-под прилавка мы никому не будем отпускать.
Карчи с угрюмым видом пробормотал что-то, но с места не тронулся. Кати, Агнеш, Миклош Пинтер и Шани Мадяр слушали этот разговор. Балинт, конечно, прав, спору нет. Но как же получится: любой бездельник, мешочник, спекулянт станет в очередь за картошкой, сделает несколько заходов и получит двадцать или тридцать кило, а они не смогут принести домой даже пары картофелин. Ясно же как божий день, что и ста граммов не останется от этой горы картофеля. Нужно только видеть, как растет и множится толпа.
- Хорошо, Балинт, но нашим ребятам, которые ушли на аварийные работы, нужно достать картошку. Двенадцать человек ушло сегодня рано утром на восстановление железнодорожного моста. Нужно отмерить каждому из них по пять кило.
- Пойми, что мы не можем сейчас мерить. Если мы подойдем к весам, то тотчас же нужно будет начинать раздачу.
- В тебе нет никакой человечности, - раздраженно сказал Йошка Чорба. - Почему нельзя сейчас отвесить? Думаешь, если ты секретарь, так можешь безраздельно командовать здесь. Я предлагаю до раздачи наполнить двадцать пакетов картошкой, сложить их в мешок и отставить в сторону.
- Я против.
- Я за, - коротко сказал Шани Мадяр.
- И я, - поднял руку Берень.
- И я, и я, - сказали остальные. Агнеш мечтала только о двух картофелинах, о двух, которые она изжарила бы и съела горячими. Об этих двух картофелинах она мечтала так, что готова была умереть, если они ей не достанутся.
- Решили, - сказал Балинт Эси. - Легкомысленно и необдуманно, но решили.
- А, не читай мораль. Я отвечаю. - сердито сказал Йошка Чорба. -Пойдем за пакетами.
Сквозь серую мглу пробился луч солнца.
Дождь перестал, понемногу светлело, уже можно было различать лица. Усевшись на борт вагона, Агнеш рассматривала толпу. Широко открытые, горящие глаза, тонкие бескровные губы - живые памятники голода и страданий. Женщины прижимали к себе маленьких детей. Они стояли молча, терпеливо, без шума и толкотни. Будут раздавать картошку - это было так невероятно!
Шани Мадяр взобрался на вершину картофельной горы. Сложив ладони рупором, он громко закричал:
- Внимание, дорогие друзья! Все должны приготовить мелкие деньги. Каждый получит по пять кило картошки. Деньги прошу бросать в этот ящик, а затем становиться в очередь к весам. Немного подождем с раздачей, так как еще темновато.