Она проговорила все это быстро и на эмоциях, а потом отключилась, чтобы не слушать, что я могу сказать в ответ. Мне снова захотелось закричать, чтобы выплеснуть все, что накопилось, но сил осталось только на то, чтобы плюхнуться на песок, спрятать лицо в ладонях и расплакаться, как маленькой.
В коттедж я вернулась спустя час ил чуть больше, свет не горел в гостиной, на балконе тоже никого не было. Я остановилась возле двери комнаты, где мы жили с Женей и поняла, что я туда войти не смогу. Не сейчас. Так что я нырнула в ванную и закрыла дверь. Хотелось смыть с себя не только морскую соль, которая неприятно сушила кожу, но и все события сегодняшнего дня. Так что я долго стояла под душем, пытаясь согреться и отпустить все, что давило на грудь. А когда вышла, меня на диване ждала Катя.
– Что еще? – всплеснув руками, спросила я. Из глаз снова полились слезы.
– Просто хотела сказать, что ты можешь спать в моей комнате. Я у Ваньки сплю.
Она встала и, молча, ушла в комнату к Ване. А я осталась одна в гостиной с вещами в руках и водном полотенце на голое тело.
Спорить и делать что-то наперекор Кате сейчас я была не в силах, так что просто отправилась в комнату, где раньше размещались Катя и Ярослав. Ее вещи еще валялись то тут, то там, но по остальному я поняла, что здесь она давно не спала. Но и присутствия Ярослава тут больше не чувствовалось. Я положила свои вещи на камод и подошла к шкафу, открыла дверку, понимая, что боялась того, что увижу. Его вещей там не было, как и их отдельной ванной комнате.
Пустота снова вцепилась в меня, она душила и сжимала свои когти на горле, пока я не упала на кровать и не разрыдалась в очередной раз. Но в этот я утыкалась в подушку, которая пахла Ярославом, и это помогло постепенно успокоиться и провалиться в сон.
Глава 18. Аэростаты
Меня разбудила вибрация телефона, навязчиво жужжа над ухом. Мне показалось, что я кого-то обнимая еще во сне и хотелось сказать, попросить Женю выключить звук, пока я не открыла глаза, не увидела, что обнимаю подушку, а комната, в которой я спала не похожа на комнату, где мы жили с Женей. Воспоминания прошлого дня моментально прояснились, я откинулась на спину и схватила телефон.
– Ты проснулась? – голос Кати звучал настороженно.
– Теперь да, – ответила я.
– Мы с Ванькой завтракаем на балконе, выходи.
– Попозже, – протянула я, потягиваясь. – Но спасибо.
– Ладно… как хочешь, – неопределенно сказала Карпова и отключилась.
Я уронила руку с телефоном на кровать и уставилась в потолок, в этой комнате он представлял собой ровный строй досок, расположенных поперек комнаты. И стены здесь до середины тоже были обшиты вагонкой, так вроде бы она называлась эта доска. Я осмотрелась еще раз и решали, что все не так уж и плохо, как казалось вчера вечером. И мама в чем-то снова оказалась права. «Утро вечера мудренее». Когда ты переспишь с какими-то проблемами, она кажется утром не такими уж и неразрешимыми.
Я тут же села, свесив ноги с кровати и положив руки с телефоном на колени. Секунду еще колебалась, чтобы открыть чат с переписками, но потом сразу же нашла в списке имя Ярослава и открыла сообщения. Только вот вместо них там красовался целый столбик с надписями «сообщение удалено». Я насчитала их тридцать семь, и ужасно разозлилась на себя, что не прочитала их вечером. Не дала даже шанса ему оправдать то, что он хранил чужую тайну столько лет. А теперь…
У меня вырвался тяжкий выдох, но я понимала, что так даже лучше. Полный разрыв и больше никаких шансов на то, что все может быть иначе. Стоило подумать о себе, о том, как собраться и жить дальше. Как найти новые мечты и цели, как быть одной и поговорить с родителями.
Я вскочила, но поняла, что спала голой, из вещей на стуле висели шорты и футболка вчерашние, не совсем свежие, так что вечером я решила, что буду спать без одежды. И влажный купальник, который я сняла и сполоснула, а за ночь он не просох. Пришлось натянуть вчерашние шорты и майку, остальное нести в руках.
Я открыла дверь, которую на ночь закрывала на ключ и вышла на балкон, Ваня и Катя все еще пили чай за столом. Ванька обернулся и несмело улыбнулся мне, рассматривая, как я. В ответ я тоже натужно улыбнулась, но не хотелось скрывать, что настроение у меня далеко не радужное.