ки. Сливающееся с морем серо-белое небо, крики чаек, мерный рокот прибоя в буквальном смысле загипнотизировали меня. В какой-то момент, мне даже начало казаться, что я слышу со стороны пустынного моря чей то голос. То было странное, волнующее чувство, не столько пугающее, сколько новое и, внимая ему, я забыл про всё на свете. Потусторонний покой снизошёл на меня и я замер, сам превратившись в призрака. Моя душа покинула землю воспарила в несбыточные дали, витая меж низких облаков бок о бок с притихшими чайками. Стоит ли удивляться, что когда кто-то внезапно положил мне руку на плечо, я не на шутку перепугался. Кажется, я даже слегка вскрикнул, так что незнакомец, шаги которого заглушил мокрый песок и шум моря, рассыпался в нестройных извинениях. Возмутителю моего спокойствия было около пятидесяти. Среднего роста, немного грузный, с короткой бычьей шеей и осанкой портового грузчика он походил на шкипера китобойного судна из романов позапрошлого века, и только взгляд его прозрачно-голубых глаз был неожиданно мягким, даже кротким, и при этом чрезвычайно взволнованным. - Ещё раз прошу прощения, - сказал он, топчась на месте и явно чувствуя себя не в своей тарелке. – Вам точно не нужна помощь?.. У вас всё в порядке?.. Мне показалось, что у вас что-то не так... Я заверил Шкипера, что со мой всё хорошо и у него нет ни малейшего повода для беспокойства. - Это скверное место, - сказал он, бросая косые взгляды на большой валун и окрестные волны. – Будьте осторожны... Вам не стоит бывать тут в одиночестве... Никому не стоит... Я не нашёлся, что ответить, а он, ещё раз окинул меня взглядом своих тревожных глаз, коротко кивнул и решительно двинулся прочь, в сторону моего отеля, недоверчиво косясь на море, точно ожидая от него какого-то подвоха. Немного озадаченный и сбитый с толку, я внимательно осмотрел ничем не примечательный серый валун, постучал по нему ногой и также продолжил свой путь. Я прошёл всего ничего, когда с удивлением обнаружил, что мне смертельно страшно. То ли внезапный испуг, то ли странные речи и взгляды незнакомца, то ли просто переменившееся настроение, но всё моё удовольствие от прогулки внезапно улетучилось и на смену ему, пришёл ужас. Мне вдруг почудилось, что кто-то негромко меня окликнул, но не словом, а каким-то гортанным, булькающим звуком, от которого у меня зашевелились волосы на голове. Я порывисто обернулся, решив, что это очередная проделка странного незнакомца, но, к моему удивлению, его фигура была в двух добрых сотнях метрах от меня и вот-вот должна была исчезнуть за песчаной дюной. Кроме неё, дикий, по большей части каменистый пляж был совершенно пуст. «Ветер» - подумал я и зашагал дальше, но в глубине я знал, что это не так. Звук повторился, на этот раз ближе. Я вновь резко обернулся. Никого. Сердце моё сжалось и дыхание участилось. Мне потребовалось собрать в кулак всю свою волю, чтобы не превратиться в дикаря и не схватить с земли увесистый булыжник. - Спокойно, - сказал я, чувствуя, как от адреналина бешено вскипает моя кровь. – Спокойно... Дыши... Это всё нервы... Я двинулся дальше, стараясь шагать как можно уверенней и твёрже, но каждый нерв моего тела была натянут до предела. Я ждал нового оклика, ждал, как расстреливаемый ждёт пулю в затылок, всем своим существом чувствуя бездонную глубину направленного на него ствола, но звук больше не повторялся. Зато теперь, мне стало казаться, что кто-то следит за мной с высокого, обрывистого берега, что тянулся по правую руку от меня. Лёгкий туман, блуждавший меж скрюченных сосен, напоминал обрывки савана над раскрытой могилой. Я ускорил шаг и впервые за много дней пожалел, что кругом нет ни души. Одиночество, которое столь радовавшее меня, начало тяготить. Я уже не прогуливался, а почти бежал по неровному берегу, инстинктивно спеша покинуть это наводящее ужас место. Вскоре, чувство преследования исчезло, но рождённым им страх продолжал гнать меня вперёд, так что я перевёл дух, только оказавшись в нескольких километрах от злополучного валуна. Присев на выбеленную морем корягу, я вдоволь отругал себя за проявленное малодушие, но, возвращаться прежним путём, всё же, не хотел. К тому же, с моря приближался дождь, и я, впервые, счёл возможным вернуться обратно на каком-то транспорте. Свернул на ближайшую тропинку, я без приключений добрался до пронизывающего всю косу шоссе, не без труда поймал машину и через некоторое время был в своём посёлке. Влажные сумерки только начали выглядывать из тёмного провала густого ельника окружавшего отель и мысль провести остаток дня в крошечном номере меня не радовала. Решив, что на сегодня с меня достаточно одиночества, я решительно двинулся к небольшой береговой таверне, на пороге которой меня и застали первые капли дождя. Сидя в углу у окна, жмурясь от тепла и уюта, со стаканом горячего глинтвейна в руке, я окончательно пришёл в себя. Случай на берегу приобретал всё более комичные черты и через пару часов, и нескольких стаканов ароматного вина, я от души расхохотался, вспомнив свой позорное испуг и нелепое бегство. Разглядывая вскипающее под неутихающим дождём море, я улыбался, когда дверь в таверну отворилась и внутрь не ввалился насквозь промокший Шкипер... В доказательство того, что это не мираж, незнакомец, встретившись со мной взглядом, махнул мне в качестве приветствия мясистой рукой, и я, за неимением лучшего, чинно отсалютовал ему своим стаканом. Он скинул мокрый плащ, повесил на крюк донельзя мокрую шляпу и уселся за свободный столик, спиной ко мне. Его появление как рукой сняло всё моё напускное веселье. Страх вновь обосновался в моей душе и нечто зловещее начало проступать в мокрых разводах дождя на оконном стекле. Зло витало меж яростных шквалов, один за другим наползающих со стороны моря на потемневший берег и весёлая музыка не могла заглушить его глухие стенания. То был властный и неистовый глас пучины. Я угрюмо допил свой глинтвейн и собрался уходить, как вдруг Шкипер, до этого момента сосредоточенно пивший чай, поднялся и затопал в мою сторону. Я едва успел опомниться, как он уже прочно обосновался напротив меня и горячо зашептал: - Вы тоже это почувствовали, верно? - Простите?.. – пробормотал я. – Я не очень понимаю... Незнакомец досадливо поморщился. - Бросьте!.. Там, на берегу, когда я подошёл к вам, вы же почувствовали, что там кто-то есть? Верно? Вы слышали его, да, слышали? - Да кого я должен был услышать? – вскипел было я, но запнулся, ибо в глубине души, к своему ужасу, сразу же понял, о чём он толкует. Незнакомец прочёл ответ в моих глазах и покачал головой. - Значит слышали... Не спорьте, я вижу... Не ходите туда больше! Особенно один и в дождь! Слышите меня!? Никогда не появляйтесь там больше! Это не шутки! Вы погибните! Его лицо стало злым, а массивные ладони сжались в кулаки. Он почти кричал. Официант опасливо покосился в нашу сторону и зашептался с барменом, но мой новый знакомый быстро взял себя в руки и продолжил наш разговор громким шёпотом: - Простите ещё раз, что я так набрасываюсь на вас сегодня, - сказал он и его глаза смиренно померкли. – Простите... Я не сумасшедший... И не пьян... Просто... А, не важно... Будьте осторожны и не ходите туда больше один, вот и всё… Прощайте... Он встал, но к своему собственному изумлению, я удержал его схватив за рукав. Его слова задели меня, и мне хотелось во всём разобраться. - Прошу вас, останьтесь, - ласково, точно ребёнку, сказал я, бросая успокаивающий взгляд официанту. – Расскажите мне всё. Почему я не должен ходить туда? Что не так с тем местом? Я думал тут везде совершенно безопасно. - Смотря, что понимать под опасностью, - ответил Шкипер, нехотя садясь обратно. – Если вы боитесь грабителей, то вам нечего волноваться – здесь их нет. - Тогда чего мне стоит бояться? – спросил я. - Моря, – коротко ответил незнакомец и сколь ни странен и дик был его ответ, я не улыбнулся, а напротив, почувствовал лёгкий озноб. Видя, что я не потешаюсь и действительно готов его выслушать, он начал свой рассказ и чем больше я слушал, тем меньше мне хотелось веселиться. – Это произошло 7 лет назад, - сбивчиво начал он, и я сразу понял, что многие детали его истории мне придётся додумывать самому. - Мы прилетели утром и через час уже были на месте и распаковывали вещи. По досадной ошибке, нам достался один номер на двоих, но выбирать не приходилось, так как в сезон свободным мест нигде в округе не было. Наш отпуск и так уже откладывался несчётное множество раз, так что мы были рады тому, что имели. К тому же, номер был большой и со своей террасой, откуда открывался прелестный вид на рощу, за которой проступало море. Вадим, мой друг, тоже хирург, несмотря на небольшой дождик, решил прогуляться. Это было в его характере. Он обожал подолгу бродить один среди пустынных дюн и подолгу смотреть на море, невзирая на любую погоду и время суток. Он часто говорил, что его это «ужасно успокаивает». Словом, Вадим быстро переоделся и исчез, а я завалился на кровать и проспал ещё несколько часов. Что-то, а отдых нам обоим был нужен, а лучшего места (Вы ведь согласны?), чтобы забыть про всё на свете, не сыскать на всём белом свете. Правда, временами, чего греха таить, у меня мурашки бегут от местного тумана. Особенно, когда он накрывает всё вокруг, и нельзя понять, где кончается берег и начинается море. Никак не могу отделаться от ощущения, что нечто выползает в такие часы на берег и поджидает потерявшихся в ту