- Раз по залету, значить, у них и дети есть?- Осторожно переспросила Алиса.
- Сыну уже шесть лет.
Алиса долго бродила по городу. Просто шла, не разбирая дороги. В голове звенела пустота. Он жил у нее два месяца, и не сказал, что женат. А что он сказал, супруге, как оправдал то, что непонятно где пропадал два месяца…
Она бродила по городу до вечера. Не хотела ни есть, ни пить. Потом решительно развернулась и пошла в сторону своей мастерской.
- Привет.- Произнес он, увидев ее в дверях. Он стоял около триптиха, на котором располагался холст. Он был обнажен до пояса и бос. Торс испачкан красками. Зеленая краска, была даже у него на кончике носа. Кайл сразу понял, что Алиса подавлена. Он осторожно отложил кисть в сторону, и вытер руки ветошью. И лишь потом подошел к ней.
- Что, случилось, солнце?..
Алиса ненавидела умилительно, ласкательные прозвища. Но Кайл, словно был исключением, из всех ее правил. Его -« Солнце»- ей нравилось. Но не сейчас.
- Ты женат.- Произнесла она, когда он приподнял, кончиками пальцев ее лицо и заглянул ей в глаза.
Он сморщился, словно откусил лимон.
-Да.- Он ответил твердо, прямо смотря ей в глаза. Алиса хотела отвернуться, но он ей не позволил. Взял за плечи и встряхнул.
- Это произошло по молодости и глупости. Мы были детьми, решили попробовать запретный плод, но были еще глупы, и не предохранялись. Она залетела, а родители, настояли, на рождении ребенка. Я должен был нести ответственность…
- Почему ты мне не сказал.- Перебила резко его Алиса.
- И что тогда?- Он криво усмехнулся. В его словах заскользила горечь.- Ты бы тогда подпустила меня к себе?
-Нет.- Холодно ответила она. Затем вырвалась, сделав шаг назад.
- Уходи…
И он ушел.
Неделями она лежала в кровати и, тупо смотрела в потолок. Ей ни хотелось, ни чего, не есть, не пить, не рисовать, не выходить из мастерской. Она снимала ее, и за аренду надо было платить. Она отключила телефон. Она не подходила к дверям, когда в них кто-то стучал. Иногда вставала, чтоб дойти до холодильника, понимая, что надо заставить себя, съесть, хоть что то.
Иногда она спрашивала себя. -« Изменила ли бы я, хоть что-нибудь, в прошлом, если бы могла? Прошла бы мимо него?..» И отвечала сама себя.-« Нет. Я ни чего не стала бы менять…»
А потом продукты в холодильнике кончились…
Странно, что ей не выбили дверь. Наверное, у Алисы было, не так уж много близких друзей. А точнее их не было вообще. Она всегда держалась отчужденно, ото всех. Она вышла из мастерской через три недели. Похудевшая, бледная, она дошла до ближайшего магазина, и внезапно застыла, залюбовавшись, отражением солнца, в грязной луже. Алиса вдохнула воздух, ощутив в нем ароматы раннего, городского утра. Пахло свежей сдобой, машинами и кошачьей мочой. Но это были запахи жизни. И решила, что поедет этим летом к морю…
Она купила билет на дикий уголок Фроренции. Специально выбирала городок, в который редко забирались туристы. Дикие пляжи, маяк, старинный городок. Все, как она любила. Билет был куплен, чемодан забит, когда явился он. Вошел в ее мастерскую со своим чемоданом и поставил его у ног.
- Я не могу без тебя.- Просто сказал Кайл.- Я ушел из семьи. Рассказал все о нас, Гебби.
А потом было море. Огромное бесконечно море, и длинная прибрежная коса, по которой они бродили вечерами. А еще небольшая комната на втором этаже, с отдельным выходом и террасой, которую они сняли, на месяц. И его стул.
По утрам они пили свой любимый латте с блинчиками, которые покупали в местной кафейне. Вечером пили красное вино. Иногда прогуливались до маяка. Он располагался далеко, но им, не куда было спешить. У них в запасе была целая вечность.
И картины. Они рисовали картины. Море, синее, бескрайнее, живое море.
Они стояли на диком пляже перед своими холстами и хохотали, обмениваясь мнениями, о своих картинах, когда сзади раздался властный мужской голос.
-Кайл…
Это был отец Гебби. Он долго искал их, узнавал, куда могда направится, Алиса. Ее сдал Грег.
Гебби, попыталась, покончить жизнь самоубийством. Её успели спасти.
Кайл, собрал чемодан, и уехал вместе со своим тестем. Он, ни чего не сказал ей. Ни слова. Даже глядеть в глаза не посмел. А она сидела на кровати, молча, наблюдая, как он собирает свои вещи.
Она все понимала. Она была, такой понимающей… Вот только он, так и не понял, что убивал ее, убивал второй раз.
Все было правильно. Так и должно было быть.
Она опять лежала сутками на кровати и смотрела в потолок. Только в этот раз за окнами шумело море. И время от времени, к ней поднималась владелица комнаты. Эта пожилая женщина, видимо поняла, что творится с Алисой, и поэтому, пыталась, как то отвлечь ее. А она опять не могла рисовать. Не могла смотреть на его стул. Море успокаивало ее, вот только ей было больно смотреть на то место, на котором Кайл любил ставить свой триптих…