Едва Делаль убежал к самовару, как рыжебородый, оглядевшись вокруг себя, будто взвешивая, с кем он сидит, отполз в сторону и лег, накрыв лицо шапкой. Другие тоже разбрелись по углам. И разговор в кавехана как-то сразу затух, словно проползла холодная змея и вызвала у людей молчаливое омерзение. Вскоре с тахты поднялся хромой перс и торопливо вышел со двора. Смельчак и Меджид, проводив его настороженным взглядом, перекинулись между собой догадкой;
— Глаза и уши хакима.
— Так и есть, он.
Не прошло и часа, как тот же хромой возвратился с двумя фаррашами и ткнул палкой, поднимая с кошмы рыжебородого. Когда тот приподнялся, хромой сказал:
— Вот этот.
Фарраши, не говоря ни слова, схватили рыжебородого под руки и поволокли к воротам. Он упирался и спрашивал: «За что?», но его не слушали.
— О аллах, — тяжело вздохнул Меджид.
— Теперь и мне понятно, почему предупреждал чайчи, — проговорил вполголоса Смельчак.— Ну, ничего: сев на верблюда, за седло прятаться не будем.
Когда все улеглись спать и Делаль, залив уголь в самоваре, сел на пороге своей кельи, чтобы самому съесть порцию шашлыка и выпить пиалу чая, Смельчак подошел к нему. Подсев, он терпеливо ждал, пока чайчи покончит с ужином. Наконец, тот бросил последние крошки в рот, сказал «бисмилла» и вопросительно посмотрел на Смельчака.
— Делаль-ага, не разменяете ли мне тюмен на краны и шаи? (Краны и шаи — мелкая разменная монета) — спросил Смельчак и вынул из кушака золотой тюмен.
— Ваз хов! — тихонько воскликнул Делаль. — Зачем с такими деньгами ты сидишь в этой кавеханэ! — Он взял тюмен и отсчитал Смельчаку десять кран. Чутьем бывший маклер угадал, что с этого парня можно кое-что сорвать; ведь не зря же он и его друг отираются в кавеханэ с позапрошлой пятницы. — По каким делам в Астрабаде? — спросил Делаль, располагая улыбкой к откровению.
— Да есть небольшое дело, Делаль-ага, только не каждому можно говорить о нем, — проговорил удрученно Смельчак.
— Мне ты можешь довериться. Нет такого человека в Астрабаде, который назвал бы меня хоть раз болтуном, — с обидой произнес Делаль. — А если надо в чем тебе помочь — я к твоим услугам. Не бойся меня.
— Говорят, дочь Гамза-хана теперь у него в крепости? — тихонько произнес Смельчак.
— А... Вон ты по какому делу! — вяло улыбнулся Делаль. — Здесь я тебе ничем не помогу: украсть ее невозможно.
— Ай, зачем ее воровать, — отозвался Смельчак. — Надо ей передать вот эту вещицу. — Смельчак вынул из-за пазухи маленький сверток.
Делаль взял сверток, прикинул на руке и сказал: — Давай пять тюменов и пойдем. — Не много ли, Делаль-ага?
— Не жалей, не то шесть возьму.
Смельчак мгновенно вынул деньги и отсчитал пять крупных монет и отдал их в руки чайчи. Тот сунул их вместе со свертком за пазуху и вышел в боковую дверь со двора. Выходя, махнул рукой, чтобы Смельчак следовал за ним.
Они довольно долго шли берегом речки. Над головами шелестели деревья, под ногами скрипели речные камушки. Почти у самого дворца хакима, где речка уходила под изгородь большого сада, перешли на другую сторону и зашагали темным переулком. Вскоре остановились на углу замка Гамза-хана.
— Стой и жди меня здесь, — предупредил Делаль и исчез в темноте.
Смельчак опустился на корточки и прислонился спиной к стене. Ни звука не было слышно в Астрабаде: город будто вымер или затаился от страха. Даже собаки не лаяли. Смельчак, поджидая Делаля, думал: «Чайчи на обман не пойдет. Другое дело — может привести фаррашей». Решил так: если Делаль будет возвращаться не один, то надо бежать.
Делаль вернулся один. Не разговаривая, взял Смельчака за руку и потянул за собой. Вскоре они оказались в каком-то дворе, где их поджидал высокорослый бородатый старик.
— Я взял твою вещицу и твои деньги, — сказал он удовлетворенно. — Я передам эту вещицу ей. Что еще передать?
Еще месяц назад, когда пробирались к Астрабаду, Меджид и Смельчак решили во что бы то ни стало проникнуть под видом слепых сазандаров во дворец Гамза-хана, чтобы высмотреть лазейки и потом воспользоваться ими. Об этом подумал Смельчак сейчас.
— Дженабе-вали, передай ей: «Они хотят тебе спеть газал Кеймира». Пусть она пригласит к себе.
— Ладно, иди. Только и на это тоже потребуются тюмены. — Бородатый взял Смельчака за плечи, повергнул лицом к воротам и вывел на дорогу. Делалю он сказал:
— Завтра до захода солнца зайди.
Делаль и Смельчак прежним путем, через брод по каменистому берегу возвратились в кавеханэ. Заждавшийся Меджид встретил друга облегченным вздохом. Смельчак тихонько сказал: