– Ты все еще с ней? – шепчет она. Не могу поверить, что я до сих пор не удосужился ей рассказать. Но тут нечему удивляться. Мы ведь никогда не обсуждали Ли. Ни разу. Неужели этот вопрос не давал ей покоя весь разговор?
– Нет, – отвечаю я.
– Даже для… – Она смущенно замолкает, и мне хочется рассмеяться. Они с Дрю порой ведут такие беседы, от которых даже порнозвезда зальется краской, а тут она не может закончить фразу. Глядя на нее, я вынужден признать, насколько она ранима, и свою уязвимость она все время прячет за сексуальными намеками и обтягивающими черными платьями.
– Между нами ничего нет. Клянусь. – Я провожу большим пальцем под ее нижней губой и быстро отступаю, удерживаясь от поцелуя. Я давно мечтаю ее поцеловать, но не хочу этого делать, стоя в прихожей, тем более в руке у нее зажато оружие, а мы только что закончили говорить о Ли.
Она кивает, испытывая неловкость из-за заданного вопроса, хотя ей вовсе не стоит. Я бы на ее месте тоже хотел иметь ясность.
– Значит, завтра. Только я и ты. Как нормальные люди. Идет?
– Идет. – Она улыбается, но у нее выходит не совсем улыбка – лишь слабое подобие.
Я уже поворачиваюсь к двери, когда она меня останавливает.
– Что мне лучше надеть?
Я пожимаю плечами, поскольку сам еще не знаю, куда мы идем.
– Что-нибудь нормальное.
Я подъезжаю к дому как раз в тот момент, когда Клэй Уитакер шагает к своей машине, припаркованной на моей подъездной дорожке. При виде меня он начинает нервничать.
– Что случилось? – интересуюсь я. Не знал, что ему известно, где я живу.
– Ты мне так и не сказал, как тебе рисунок. – Отличная попытка, Клэй, вот только ты не за этим сюда приехал.
– Рисунок отличный, Клэй. Ты и сам это знаешь. А теперь выкладывай, что тебе нужно? Ты не очень-то умеешь врать.
– Зачем ты просил нарисовать ее портрет?
Такое ощущение, будто сегодня каждому вдруг понадобилось от меня признание.
– Так, я сейчас войду в этот дом, вынесу портрет и верну его тебе, чтобы больше ни черта о нем не слышать. – Я уже направляюсь к крыльцу, срабатывают датчики движения, и включается свет.
– Ты не видел ее лица. – Сейчас он говорит не о портрете. Речь идет о вечеринке у Дрю, когда я ушел вместе с Ли. Но он ошибается: я видел ее лицо – это было ужасно. И было бы замечательно, если б мне позволили об этом забыть.
– Что в этой девчонке такого, отчего все вокруг считают своим правом или долгом ее защищать? – В том числе и я. – Если ты не заметил, она и сама способна кого хочешь защитить.
– Нас с Дрю, возможно. Насчет тебя не уверен. – Клэй катает мыском ботинка туда-сюда невидимый камешек. Я уже сам присматриваю, что бы попинать.
– Ладно, Клэй. Говори, как мне поступить?
– Ты у меня спрашиваешь? – Он явно потрясен. Я, честно говоря, тоже. – Ты же понимаешь, что парни-геи и обычные девчонки – это не одно и то же? Тут нужны разные подходы.
– Понимаю. Просто я никогда этого не делал. – В эту минуту я пытаюсь осмыслить, как так произошло, что я, стоя возле своего дома, спрашиваю совета у Клэя Уитакера. И вообще, как, учитывая все, что со мной случилось в жизни, эта девчонка заставляет меня терять самообладание?
– Ты никогда этого не делал? – с недоверием переспрашивает он.
Я смотрю на него как на идиота, который еще и насмехается надо мной. Особенно в свете того, чем, по его мнению, мы вчера занимались с Ли.
– Это я делал, и не раз. А вот того у меня никогда не было. – Я показываю рукой на себя и в сторону Настиного дома, хотя Клэй, скорее всего, понятия не имеет, о чем это я.
– Ты никогда не ходил на свидание с девчонкой? – Он смеется, но я не вижу тут ничего смешного – надеюсь, мое выражение лица достаточно красноречиво об этом говорит. – Ладно, не смешно. А если серьезно, почему бы тебе не спросить совета у Дрю? – Он задумывается на мгновение. – Нет, не пойдет. Не бери в голову. – Клэй подходит к своей машине и прислоняется к дверце. – Ладно, тогда так. Что она любит?
– Бегать, мороженое. А еще что-нибудь подубасить. И имена.
– Имена?
– Не спрашивай.
– Ну, пот и прилив адреналина после пробежки могут отлично сказаться на прелюдии, но не думаю, что подойдут для первого свидания. Лучше будет остановиться на мороженом. Очень целомудренно. Прямо как она сама, – усмехается он.