– Это ты легко отделался.
– И она даже мне не врезала. – Дрю улыбается, явно довольный таким исходом.
– А зря. – Тирни Лоуэлл, стоявшая неподалеку, захлопывает свой шкафчик и поворачивается к нам. Точнее, к Дрю. Меня она, похоже, вообще не замечает. На ней джинсы в обтяжку, настолько узкие, что как бы они не перекрывали кровообращение в ногах, и черный лифчик, просвечивающий под белой футболкой, которая заканчивается чуть выше талии и обнажает соблазнительный участок кожи. Такое тело, как у нее, можно только раздевать, и она его ничуть не стесняется. В прошлом году эти двое некоторое время встречались, однако последствия их отношений оказались не очень приятными. Тирни болезненно отреагировала на то, что ее бросили. Меня это не удивило. Зато удивило другое: как они вообще могли сойтись. Она же непробиваемая как скала, а Дрю – это Дрю. Никогда не мог этого понять. Дрю ничего мне не рассказывал до тех пор, пока слухи об их отношениях не вылезли наружу, но к тому времени между ними все уже было кончено. Когда Дрю переключился на другую девчонку, Тирни ужасно разозлилась, а все вокруг только недоумевали: чему тут удивляться, неужели она не видела, с кем спуталась? Она и не удивлялась, просто была разочарована.
Дрю ничего ей не отвечает, и девушка молча уходит прочь.
– Связываться с ней с самого начала было ошибкой, – замечает он. На мой взгляд, с ними со всеми не стоит связываться. Кому нужны эти постоянные драмы? Я захожу в мастерскую, а Дрю отправляется в офис администрации: будет весь следующий урок разносить по школе пропуска, заигрывать с девчонками в коридорах и всячески уклоняться от любых обязанностей.
Настя сидит за одной партой с Кевином Леонардом, куда ее на прошлой неделе посадил мистер Тернер. И я этому рад, потому что чувствовал себя неуютно, когда она все время находилась у меня за спиной. Сам я люблю наблюдать за другими, когда они не видят меня. Многие ученики предпочитают не смотреть в мою сторону, но Настя с самого первого своего появления здесь доказывает, что не входит в их число.
Звенит звонок. Мистер Тернер обводит взглядом класс, после чего просит одного человека от каждого стола подойти к нему и взять по ящику с инструментами. За партой я сижу один, поэтому за материалами иду сам. Все остальные сидят по двое, за исключением Настиного стола – их три человека: она сама, Кевин и Крис Дженкинс. Настя не двигается с места, и за ящиком отправляется Крис. В набор инструментов входит несколько брусков, молоток, гвозди разных размеров, наждачка и еще несколько предметов – в каждом ящике, по-видимому, свои. Кевин выхватывает ящик из рук Криса и переворачивает его над столом. Выпавшая коробка с гвоздями от удара о столешницу открывается, и гвозди рассыпаются во все стороны. Грохот привлекает внимание всего класса, но никто не торопится их собирать.
– А теперь подбери гвозди, Леонард, – прикрикивает на Кевина мистер Тернер, ни капли не удивившийся бестолковости своего ученика. Я знаю, почему он взял его в свою группу: сколько ни отрицай, но Кевин – очень способный столяр. Возможно, он и не обладает достаточным художественным вкусом и чувством стиля, зато у него врожденное понимание конструирования и равновесия. Жаль, что он такой болван.
Настя приседает и принимается собирать с пола гвозди, складывая их в левую руку. Крис подбирает те, что рассыпались по столу, и кладет обратно в коробку. Кевин тем временем смеется. Настя собрала почти все гвозди, в ее ладони не остается места. Я думаю, сейчас она встанет, но гвозди вдруг снова летят на пол. Непонятно, как это произошло. Она словно их выронила. Сама она, похоже, этому не удивлена и спокойно продолжает их собирать. Мне кажется, я единственный, кто заметил случившееся. Со сборами ей никто не помогает. Даже я.