Мистер Тернер объясняет нам задание. В течение сегодняшнего и трех последующих уроков нам придется спроектировать, начертить и собрать некое изделие – либо имеющее практическое применение, либо эстетически приятное глазу – из тех материалов, что каждый нашел в своем ящике. Разрешается использовать всего два дополнительных предмета на выбор. Я уже изучил содержимое своего набора и знаю, что буду мастерить. Оставшуюся часть занятия делаю замеры, рисую эскиз и чертеж, пока остальные ученики обсуждают, чья идея лучше и что следует изготовить. Уже завтра я приступлю к работе, а они так и будут спорить.
Целый час я обыскиваю ящики в шкафу для инструментов в своем гараже. Понятия не имею, куда делся детектор неоднородностей. Захлопываю нижний ящик последнего шкафа и смотрю на настенные часы. Половина одиннадцатого. В магазин за новым идти уже поздно, да и сегодня он мне не понадобится – просто сейчас мне больше нечем заняться.
Я выпрямляюсь, озираюсь по сторонам, размышляя, как бы мне убить время, когда на подъездной дорожке, почти у порога своего гаража, вижу ее. Как хорошо, что я не вскрикнул или не сделал чего-то столь же жалкого, иначе пришлось бы отрезать себе яйца и вручить ей. Поскольку был бы их больше недостоин.
Она выглядит практически так же, как и в тот первый раз, только не растеряна и не испугана. Значит, пришла сюда специально. С минуту мы смотрим друг на друга, а потом до меня доходит: я жду от нее каких-то слов, которые, само собой, не прозвучат. Не понимая, что в этом случае мне следует сказать, я с неслыханной наглостью молчу. Потом отворачиваюсь и продолжаю искать детектор, прекрасно зная, что его тут нет. Делаю вид, будто меня не волнует ее присутствие, а сам прислушиваюсь к каждому ее вздоху. Именно поэтому чувствую мгновение, когда ей надоедает просто стоять. Вот только она не уходит, как я надеялся, а ступает в гараж.
Теперь уже не получится ее не замечать. Я жду, что же она будет делать. Настя снова обводит взглядом помещение, как это было в ту ночь, когда она появилась в моем гараже – вся потная, растерянная и удивительная. На меня она не смотрит, ее больше интересует окружающая обстановка. Обычный гараж с грудой деревянных досок и инструментами – не понимаю, что ее в нем так заворожило, но против не высказываюсь, потому что это дает мне отличную возможность: пока она разглядывает гараж, я могу рассматривать ее. Сегодня она снова без косметики, волосы собраны в хвост, лицо открыто. Даже на ужин к Дрю она пришла в полной боевой раскраске: черный карандаш для глаз, темно-красная помада и все в таком духе. Выглядит это особенно ужасно, когда ты видел то, что скрывается под всей этой штукатуркой.
В отличие от прошлого раза сегодня она не мокрая и не запыхавшаяся, но скорее всего только что с пробежки. Неужели бегает каждый вечер? Ноги у нее, как и руки – сплошные мышцы. Однако фигура совсем не сочетается с лицом. Оно мне напоминает лица фарфоровых кукол, что по-прежнему сидят на полках в комнате моей сестры. По-детски невинное. Гладкое, тонкое, безупречное и хрупкое.
Она расхаживает по гаражу, водя руками по рабочим поверхностям, пока не останавливается возле тисков, прикрученных к концу одного из верстаков. Несколько раз прокручивает ручку, наблюдая за тем, как сходятся пластины, а потом в пространство между ними сует ладонь и продолжает поворачивать механизм. Я потрясенно замираю, не понимая, что происходит. Пластины все плотнее обхватывают ее руку. Как долго я буду бездействовать, прежде чем подскочу к ней с криком, что она совсем спятила? Я словно вижу себя со стороны: стою в своем гараже и наблюдаю за девчонкой, пока та пытается решить, расплющить ей руку или нет. Как если бы устыдившись своих намерений, она вдруг останавливается, раздвигает тиски, чтобы высвободить ладонь, и как ни в чем не бывало продолжает свой обход.
Я быстро отвожу глаза, прежде чем Настя успевает заметить мой взгляд, и начинаю выдвигать ящики, которые проверял уже дважды за вечер. Потом переключаюсь на рабочие поверхности. По всему периметру гаража тянется верстак – мы с отцом соорудили его много лет назад. Как говорил Марк Беннетт, много рабочих поверхностей не бывает. Чем больше, тем лучше. Так что мы смастерили столько верстаков, сколько сумел вместить гараж. Наверное, тогда нам просто нечем было заняться.
Стоя к Насте спиной, я слышу, как она ходит по гаражу. Оборачиваюсь – и та уже восседает на верстаке в дальнем углу. Просто взяла и спокойно расположилась на нем. Ладно. Но как же бесит, что она сидит у меня в гараже и наблюдает за мной. А ведь именно этим она и занимается. Наблюдает и даже не пытается этого скрыть. Мне так и хочется крикнуть, чтобы она проваливала прочь, и в то же время я испытываю желание, чтобы она осталась. Вот такой я кретин.