– Портрет будет готов через пару дней.
Через два дня Клэй, как и обещано, входит в класс с большой картонной папкой в руках, вручает ее мне и просит не открывать до дома. В глубине души я надеялся, что он забыл о своем обещании или это был плохой сон и на самом деле я ничего такого не просил. А потом он показывает мне свою новую работу – теперь понятно, где Солнышко пропадала последние два дня.
– Ты совсем на ней помешался, – говорю я, возвращая ему рисунок.
– Только я один?
– Да. – Клэй с сомнением смотрит на меня, и я понимаю, что допустил ошибку, но пути назад нет. – Мне всего лишь нужен был портрет. Знал бы, что ты окажешься таким говнюком, ни за что бы не стал просить.
– Не волнуйся, – говорит он, и на миг от самодовольного Клэя не остается и следа. – Я ничего ей не скажу.
Я принимаю его обещание, и на минуту мы замолкаем. За это время мой разум умудряется окончательно покинуть меня.
– Какие у тебя планы на вечер? – спрашиваю я.
– Хочешь пригласить на свидание?
– На ужин к Дрю, в шесть часов. – Вот теперь я точно слетел с катушек. В эти выходные родители Дрю уезжают из города, но его мама наготовила тонну еды и настоятельно просила не отменять воскресный ужин. А потом они решили вернуться домой пораньше, и Дрю перенес ужин на сегодня.
– Ты совсем спятил, – говорит Клэй. – Сначала портрет, потом это? Я не собираюсь становиться жертвой твоего запланированного самоубийства.
– Зато у тебя будет возможность еще раз понаблюдать за объектом своей одержимости. – Я киваю на его альбом. – Можешь привести Мишель-Фотоальбом, если хочешь.
– Ты же понимаешь, что Дрю на говно изойдет, если мы с Мишель заявимся к нему домой?
– Ага.
– Значит, в шесть?
– В шесть.
Глава 34
Настя
Теперь мне подвластна любая ситуация. Возможно, я и не в силах помешать случайному психопату найти меня в любом месте в любое время, зато в моей власти то, чем я могу ему ответить.
За последние два года я посетила немало занятий по самообороне, где узнала, что в тот день могла бы применить несколько техник. Я отнюдь не мастер боевых искусств. Даже близко нет. Только знаю парочку сложных, при этом довольно серьезных приемов и несколько основных хитростей, применяемых в уличных драках, но даже этого вполне достаточно. Можно было выбить ему глаза, перебить трахею, ударить по ушам, садануть коленом в пах или прибегнуть к беспроигрышной золотой классике – закричать и убежать со всех ног. Но ничего из этого я не сделала. Знаете, как я поступила? Улыбнулась и поздоровалась. Потому что была вежливой девочкой. И невероятно глупой.
Когда мы подъезжаем к дому Дрю, на подъездной дорожке еще пусто. Джош берет контейнер для капкейков – его подарила мне Марго без всякого повода – и несет в дом. Я иду следом за ним, едва сдерживая улыбку. Я-то привыкла видеть его с мебельными досками, отчего теперь розовый пластиковый контейнер смотрится чужеродно в его руках. Дрю и Сара возятся на кухне, где обычно хозяйничает миссис Лейтон. В ноздри мгновенно бьют ароматы готовящейся еды. Судя по запаху, на ужин нас ждут итальянские блюда.
– Джош, – рявкает Сара, как только мы входим на кухню, – еду ведь следует разогревать при температуре не выше ста восьмидесяти градусов, да?
– При двухсот тридцати она погреется быстрее, – возражает Дрю.
– И вся высохнет, – живо откликается Сара. Похоже, спорят они уже давно. Затем она смотрит в мою сторону, награждая меня взглядом, полным отвращения, – явно приберегает его исключительно для меня.
– Смотря что разогревать. Но в целом да, скорее всего, высохнет, – говорит Джош и, обойдя брата с сестрой, ставит капкейки на кухонный стол. Вся кухня пышет жаром, исходящим от двойной духовки, и я боюсь, как бы не растаял масляный крем на швейцарской меренге, которым с такой тщательностью украшались капкейки. Выдавливая его, моя рука ни разу не дрогнула, так что верхушки получились идеальными.
– Вот видишь! – восклицает Сара в лицо Дрю и торжествующе направляется к духовке, чтобы убавить температуру. Видимо, к словам Джоша прислушиваются даже в вопросах разогревания еды.
– Выкуси, – огрызается Дрю.
– Здесь твоя подружка. Вот ее и проси. – Сара приторно-сладко улыбается мне, после чего скрывается в коридоре, направляясь в свою спальню.
– Ненавижу ее, – бурчит Дрю, но замечание про подружку оставляет без внимания.
Я окидываю взглядом кухонную столешницу, заставленную множеством мисок и тарелок. Миссис Лейтон, должно быть, знала, что на ужин придет больше четырех человек, поскольку наготовила на роту солдат.