Павел, изрядно уставший, пока мы чесали языками о политике, привлёк внимание Николая.
- Вопросы революционеров оставим на потом, сейчас главное - выиграть войну. Итак, мы имеем плачевное состояние. Я предлагаю установить и стабилизировать фронт - чтобы японцы не могли продвинуться дальше. Филипп начнёт чистку в интендантуре. Да, это будет жестоко, но поверьте, если мы не будем строгими - погибнут миллионы русских людей в огне хаоса и анархии. В это же время Сергей займётся постройкой новых кораблей для флота - экстренной, срочной. Теперь уже с предельной скоростью работы, без малейших промедлений, чтобы к лету следующего года у нас было как минимум - три новых боевых корабля, которые существенно превосходят японские. Я понимаю, это будет вам неприятно...
Николай покачал головой:
- Я понимаю вас, поэтому прошу только об одном - увольте меня от необходимости лично участвовать в этих чистках. В остальном же вам, Филипп, я доверю право уничтожать любого вредителя в стране. Надеюсь, тот, кто вас прислал ко мне, доверяет вам неспроста.
- Хм... - Волков прищурился, - это просто праздник какой-то. Приступлю в скором времени. Идеологическими вопросами тоже придётся заниматься мне. Общеполитические вопросы, всё-таки, на вас. Думаю, настала та самая пора, когда в деревнях и сёлах можно массово открывать деревенские школы с тщательно выверенной программой подготовки, включающей техническую, военную и политическую подготовку учеников. Вы можете лично мобилизовать народ, дать ему веру в будущее и победу, создать такое всенародное движение на войну, что японцев сметут, как табун лошадей кролика... но для этого нужно иметь заготовленные речи, которые поймёт простой народ, программу реформ, лояльных к рабочим и крестьянам. То же касается и учёных, нужно прекратить их занятия всякой фигнёй и сконцентрировать научный потенциал России на военных нуждах, промышленность - сконцентрировать на импортозамещении, чтобы хотя бы армия была полностью на обеспечении российских предприятий и мы никогда не платили никому лицензионных отчислений.
- Это так важно?
- Именно, - кивнул Волков, - очень важно. Думаю, у нас с вами большая программа в плане путешествий по России и выступлений перед рабочими заводов, перед чиновниками... а я заодно разошлю по крупным городам своих людей с оборудованием, чтобы они навели порядок. Паша, дальше что делать будем?
- Дальше - необходимо насытить фронт скорострельным оружием. В частности - пулемётами системы Максима. Естественно, платить Хайрему мы не будем, ибо они наши враги, как ни крути. Нам понадобится около тридцати тысяч пулемётов, для начала, в перспективе - количество необходимо увеличить втрое, до девяноста-ста тысяч. Так же война выявила крайне плачевное состояние артиллерии, особенно крупного калибра, устаревшей как морально, так и физически. Особенно это касается дальнобойных систем шестидюймового калибра, именно их нужно развивать в первую очередь и направить все ресурсы наших инженеров на их совершенствование.
- А деньги, деньги то где взять? - удивился Николай, - это стоит баснословных сумм - разработать и выпустить большим тиражом!
- Деньги будут, - уверенно сказал Фил, - придётся отвести часть мощностей экспортные товары, чтобы обеспечить свои нужды. И наконец, финиш - это производство кораблей. Это уже к тебе, Сергей, - он повернулся ко мне, - высказывайся.
Я прокашлялся. До этого сидел и осматривал обстановку - обычный обеденный зал, длинный стол, картины на стенах... Лепота.
- В общем-то в производстве судов я рассчитываю существенно увеличить культуру труда и ускорить их постройку. Наша цель - в перспективе построить Линкоры, мощные большие тяжелобронированные корабли, но пока что задача простая - построить большой броненосец с паровыми турбинами вместо поршневых машин, тремя-четырьмя башнями только крупного калибра и необходимым минимумом противоминной артиллерии, способный победить любой другой корабль схожего класса. Ту же "Микаса", флагман японцев. Минимум три таких корабля нужно построить за полгода - тут я делаю ставку на массовое использование сварки вместо клёпки, как более прочного и гибкого в монтаже соединения, унификацию всех составных частей корабля, стандартизацию и производство их на заводах серийно, а так же метод секционной сборки подбронного пространства на судостроительных заводах, вместо стапельного метода.
Сделать это нужно быстро, чтобы к лету уже были корабли, поэтому мне понадобятся очень широкие полномочия и помощь как от вас, Николай Александрович, так и от вас, друзья мои.
- Кстати, - прервал меня Волков, - ты не думал, что можно построить Ледокол и с его помощью провести суда севморпутём, а не в обход всего мира...
- Это фантастика. Севморпуть даже в наше время слабо используется, но... впрочем, если у нас будет мощный и огромный ледокол, то мы сможем наладить снабжение всей армии сухогрузами через севморпуть, из Архангельска. Попросить чтоли там помощи? - я кивнул наверх, над нами висела красивая развесистая хрустальная люстра с электрическими лампами, но намекнул я явно не на неё.
Николай Александрович перекрестился, Паша хмыкнул:
- А помогут?
- Уверен, если хорошо попросить.
- Я уверен в обратном, - сказал Паша, - если сразу не дали ледокол, значит - такой хитрый план. Иначе бы снабдили, ему не сложно.
- Ну да, да, - вынужден был согласиться я, - значит тогда при перегоне кораблей на дальний восток ставим вместо жаровых труб электронагреватели и запитываем от реакторов, один переход они перетянут корабли из Питера во Владивосток, а дальше переходим на уголь.
- Собственно, - прервал меня Паша, - твоя задача - не допустить дальнейшей эскалации конфликта на суше, если япы возьмут себе абсолютное доминирование на море, тогда пиши пропало и на суше, смогут выбросить десант куда угодно. Мы такой большой фронт прикрыть не сумеем при всём желании.
- Это я сделаю. Итак, у кого есть замечания?
Николай немедленно ответил:
- Считайте, что полномочия у вас есть. Я напишу бумагу, вас будут слушать, как меня. Если вы сможете построить обещанные корабли - то это невелика трудность.
- Благодарю. Итак, господа, учитывая, что мы на войне, забудем про мирную жизнь, я сегодня же отправляюсь на верфи, и вам советую приступать к работе немедленно.
* * * *
Верфи встретили меня полным отсутствием порядка. Отправился я туда, уже имея письмо от императора, официальный адмиральский чин и более того - предписание, полностью написанное рукой Николая, с текстом, гласящим, что действую я от его имени и неприемлемо чинить мне любые препятствия, а за выданные мной задачи спрашивать будет уже он лично.
С таким бегунком я и пришёл к начальнику порта, в кабинет, показав ему документ, заверенный печатями и на защищённой бумаге. Начальник Верфи был человеком грузным, вороватого вида, он прочитал документ, стиснув зубы и обречённо сказал:
- Могу я спросить, чем вызвано подобное внимание ко мне?
- Пока что не к вам, - отказался я, - а к верфям. До лета нужно спустить на воду три больших и мощных броненосца. Император лично стребует с меня и вас, если к следующей зиме корабли не будут громить японцев - я уже не буду заниматься судостроением, а вы - вообще всем, потому как отправитесь на пенсию куда-нибудь в Сибирь.
- Но это невозможно! - начпорт воскликнул, - это нереальные сроки! Никто и никогда не построит корабль за такой срок!
- Придётся, - вздохнул я, - документ распространяется не только на вас, а значит - нам окажут содействие все, кто нам потребуется. Деньги будут.