— Давайте подумаем, — произнесла Эльвира.
Её команда заняла глубокую нишу, освещённую снизками магических огней. Аура власти окружала Заклёпку, столь мощная, что её чувствовали все. Прислуга металась туда–сюда, силясь показать заведение с лучшей стороны. Прочие посетители, ярко и затейливо одетые, оглядывались с опаской.
— Последние дни мы очень быстро удаляемся от хайлертовой границы, — сказал Сатр–Ке. – Я бы сказал – падаем.
Вася подумал, что хорошие всё же то были деньки. Он преспокойно любовался красотой демона, видя в нём просто произведение искусства. А теперь, значит, тысячу раз подумай, прежде чем рассматривать антропоморфную программу: вдруг ты к ней нездоровое эротическое влечение испытываешь? Тьфу. «Может, извращенцев и мало, — умудрённо подумал Вася, — а у нормальных людей из‑за них куча проблем!»
— Чего добивается Тсарранга? – Эльвира обращалась к креатуре.
Ресницы Ниирьи затрепетали. Он прерывисто вздохнул и облизал губы. Выглядело это так, будто он прямо сейчас мучительно решается признаться хозяйке в любви; на самом деле демон всего лишь производил расчёты.
— Скорей всего… – Ниирья поднял прекрасные глаза, розовые как цветы. – Он хочет дестабилизировать хайлертову границу.
— Очередной пример нелинейной логики? – буркнула Рейфа.
Заклёпка едва заметно улыбнулась своей креатуре.
— Нет, — сказал Ниирья, — совершенно линейной. – И объяснил: — Эльвира является мощнейшим упорядочивающим фактором. Тсарранга это понимает. Проявление сил Эльвиры в такой дали от хайлерта может привести к смещению границы и, скорей всего, приведёт.
— Что мы здесь видим? – внезапно сказала Эльвира.
Она временами общалась с Ниирьей именно так, как общаются друг с другом архитекторы: пропуская сразу несколько звеньев логической цепочки, тех, что казались ей самоочевидными. Цессаниэль рассказал об этом Васе, потому‑то Вася и знал.
Ниирья пощёлкал в воздухе изящными пальцами.
— Потери данных, — отчитался он. – Несколько столетий назад аварийка переключила трафик на резервный канал, а обратного переключения не произошло. Поэтому канал критически перегружен. Если ни у кого нет возражений, я поправлю.
Эльвира казалась очень довольной.
— Ты нас демаскируешь, — сказала она.
— Да, — ответил демон. Всем видом своим он выражал глубочайшую нежность и любовь к создательнице. Эльвира кивнула, и глаза Ниирьи закатились, он опустил руки на столешницу и приоткрыл рот…
В ресторан ворвалась группа захвата.
Вася от неожиданности перестал отслеживать действия Ниирьи. Он пялился на спецназ, глупо моргая. Местный спецназ тоже был ни на что не похож: мужчины и женщины в странной формы бронежилетах держали слишком массивное оружие, одежду бойцов украшали ненормально яркие пёстрые нашивки; Вася даже запросил инфосферу и узнал, что это вовсе не знаки различия, а амулеты, магические обереги, и здесь они действительно эффективны… Солдаты рассыпались по залу, быстро и аккуратно уложили посетителей носами в пол. Командир группы, наголо бритый ширококостный мужчина стоял, опираясь на тяжёлый посох.
— Сопротивление бесполезно, — сказал он Эльвире.
Никто не шелохнулся.
Все были заняты.
Эльвира пыталась настроить дешифратор на реверсивном канале, Ниирья пытался удержать для неё этот канал, Рейфа проверяла оборонные метаскрипты, а Цессаниэль как раз засёк на сканерах что‑то, похожее на Тсаррангу, и занялся идентификацией. Не при делах остался один Вася, и Вася смотрел на боевого мага, открыв рот.
Текли секунды. Командир выглядел ошарашенным. Он готов был увидеть страх или встретить отпор, но ещё никто и никогда не смел его игнорировать. Солдаты не шевелились, держа Васю и остальных под прицелом, но и в их сердца закрадывались сомнения.
Васе стало мучительно жалко этих людей. Он не знал, как они сумели увидеть оперативников и за кого их приняли. Может, как‑то засекли игры Ниирьи с местными системами… Это было неважно. Инфосфера говорила, что их работа требовала многолетних суровых тренировок и большой отваги, что они ежедневно рисковали жизнью, они теряли друзей, пожертвовали многим ради защиты простых граждан.
А теперь они уже никого не могли защитить.
И никто, никто в целом Море Вероятностей не собирался защищать – их…