Раздумывая, не написать ли в журнал статью, он переоделся и придирчиво оценил отражение в зеркале. Под одеждой его тело стягивал дезактивированный экзоскелет – сбруя из тонких трубочек с голубоватым гелем. Данкмару не хотелось, чтобы он был заметен. Оставшись удовлетворённым, он привычно проверил оружие, обойму шприца со снотворным и аккуратно переложил во встроенный сейф авиетки шкатулку с Копьём Итариаля. «Забавно, — подумалось ему, когда машина поднялась в воздух. – Величайшая реликвия, столь прекрасное древнее оружие вновь обагрится кровью… Кровью толстой продавщицы. Безликим должно понравиться. Мне уже нравится». Данкмар улыбнулся, опуская руки на руль.
Найти место для парковки и впрямь оказалось непросто. Большая часть машин вокруг выглядела так, словно не поднималась в воздух уже несколько лет. У некоторых авиеток не хватало стёкол, почти на всех облупилась краска. Стены домов покрывали уродливые граффити. Ньюатен славился своими художниками–граффитерами, многие их росписи были истинными шедеврами, но в эти места профессионалы не заглядывали.
Выйдя из машины, Данкмар поморщился. Сумерки успели сгуститься, скрадывая убожество района, но вокруг отвратительно пахло бедностью. Главным источником запаха были неубранные мусорные контейнеры. К их удушливым ароматам подмешивалась вонь каких‑то мерзких химикалий – то ли дезинсектант, то ли дешёвая туалетная вода… Он заторопился к дверям магазина. В вывеске над ними некоторые буквы ещё светились.
— Закрыто! – трубно оповестила его Сена Эврили.
Магазин находился в полуподвале – большой, плохо освещённый зал со стойками для одежды. Пахло здесь даже хуже, чем наверху. Это был действительно дешёвый сэконд, он неприятно напомнил Данкмару детство. Заношенные тряпки перед тем, как выставить на продажу, стирали в каком‑то растворе, часть его оставалась на ткани и, подсыхая, невыносимо воняла. Данкмар вздохнул, губы его тронула улыбка. Охотничий азарт затмевал всё. Даже удручающая грязь становилась экзотической деталью сафари.
Сена сидела в дальнем конце зала за длинным прилавком, возле кассы. Полки над ней заполняла дрянная бижутерия, склянки грошового парфюма и безвкусные вазочки. Сама Сена даже не подняла глаз на позднего посетителя. Уткнувшись в планшет, она шевелила губами и, по всей видимости, общалась с кем‑то в текстовом чате. Данкмар приблизился неслышным шагом. Сейчас госпожа Эврили не просто ему нравилась – она его очаровывала.
Сена встрепенулась лишь тогда, когда он вырос перед ней. Толстуха в смущении отложила планшет.
— Закрыто, — повторила она растерянно и запоздало прибавила: — Извините.
Таких, как Данкмар, ей нечасто доводилось видеть вблизи. Даже небольшого ума Сены хватило, чтобы понять: лощёному господину нечего делать здесь, в нищем подвале. Теперь она ломала голову, пытаясь догадаться, что ему нужно. Данкмар не читал её мысли – всё было видно по её лицу. Сена быстро приближалась к единственной доступной ей догадке.
— Добрый вечер, госпожа Эврили, — мягко сказал Данкмар.
Сена хлопнула накрашенными веками. На лбу у неё под слоем крем–пудры темнели прыщи. Недоумевая, она медленно встала. Она оказалась ниже Данкмара на голову.
— Вы… – начала она. – А, здравствуйте… Вы за чем сюда?
Данкмар светски улыбнулся.
— За вами.
Сена растерялась окончательно.
— Я слышал, — продолжил Данкмар ещё мягче, — вы кое‑что умеете.
Услышав это, Сена почувствовала себя немного увереннее. Она торопливо выключила свой планшет, одёрнула кофту и заискивающе улыбнулась.
— Надо было… ну, это, — пролепетала она, — договориться, предупредить там. Написать. Я… да, гадаю немного.
— Я слышал, вы способны заглянуть за преграду, — голос Данкмара стал нежным.
— А… я… – Сена впервые посмотрела ему в глаза.
В эту секунду закончилась её собственная воля. Больших усилий не потребовалось. Данкмар едва задействовал второе зрение. По природе Сена была робкой и скромной женщиной, несмотря на громкий голос и заученные интонации хамки. Увидев перед собой уверенного и, вероятно, очень богатого человека, она струсила. Напор второго зрения не столько подавил её, сколько погрузил в гипнотический транс.
Данкмар улыбнулся. Сена смотрела на него, безвольно открыв рот. Помада размазалась. Он чувствовал себя так, будто держал женщину клыками за горло. Чтобы ощутить вкус крови, оставалось только слегка сжать челюсти.
— Мы с вами, — ласково пообещал Данкмар, — вместе заглянем за преграду. Идёмте.