— Мы предоставим все доступные ресурсы…
— Сколько времени это займёт? Безмозглый. Кусок. Кода.
— Вася, — перебил Тэнра, — зачем ты на неё орёшь?
Полохов злобно зашипел, перелистывая экраны с отчётами по краш–тестам.
— Чтоб страх знала, — бросил он.
На лице Тэнры выразилось недоумение, но он промолчал.
— Та–а-ак… – протянул Полохов.
Он поднял руку. Пальцы дрогнули. Три Васиных глаза засветились пронзительным светом, и Никсы дружно заскулили, испугавшись за хозяина. Вася издал угрюмый смешок. Груды обломков на полу зашевелились и поползли к стенам, словно живые. Улс–Цем беспокойно поджал щупальца. На очистившемся полу проявилась огненная пентаграмма, прозрачные языки пламени взметнулись и опали на ней.
— Мне нужен нормальный канал, — сказал Вася. – Никсы!
Собаки послушно прошли вперёд и заняли места у двух углов глифа. Третий угол указывал на Улс–Цема.
— Аналитик, снять блокираторы.
— Исполнено.
Вася покусал губы.
— Так, — повторил он, глядя в пустоту перед собой. В ней вспыхивали и гасли колонки с данными. Мало–помалу Вася начинал считывать их целиком: не отдельными строками, а массивами текста. – Так. Это годится, это тоже, это сойдёт, это вообще не нужно, а это делается автоматически… Ага. Сейчас я сброшу фильтры.
На сей раз отреагировали только диаграммы и числовые показатели: скорость модуляции сигнала поднялась до тридцати восьми процентов от нормы.
— Неплохо, — одобрил Анис.
— Так меня учили, — отозвался Вася, разглядывая карту напряжений. – Не знаешь, что делать – сбрось фильтры. Только что сбрасывал? Сбрось ещё раз… Аналитик, дай мне управление контурами. Да, вот так, напрямую, и дай.
— Исполнено, — прошелестел демон.
— У тебя такое умное лицо, Вася, — сказал Анис. – Что ты там видишь?
Полохов зарычал.
— Всё очень плохо, — сказал он. – Всё даже хуже, чем я думал. На них места живого нет. Системные сканеры не работают. Первичные селекторы накрылись. А фагоцитоз запускать вообще нельзя. Исходники побились при дисфункции. Распознавание целей поломано, стоп–сигналы оторвались, субмодули впадают в бесконечный цикл. Но… надо отдать им должное. После таких дисфункций… от локуса должно было остаться ведро квантов…
Он говорил всё тише и наконец смолк, погрузившись в размышления. Тэнра посмотрел на него и вздохнул.
— Вася, — сказал он, — есть понимание, что делать дальше?
Полохов моргнул третьим глазом и скривил рот.
— Прежде чем делать хоть что‑то, я должен хоть что‑то починить. Фракционную магистраль. Или мю–трансфер. Или написать патч на фагоцитоз. Или перетянуть направляющие и включить планарку. Или… Блик, да здесь всё, всё надо чинить! Но я успею только что‑то одно.
— Успеешь? – Тэнра встревожился, и Анис глянул на Васю с беспокойством.
— Чинталли уже видит, что я залогинился.
Повисло молчание.
Полохов продолжал работать, ни на кого не обращая внимания. Тэнра ссутулился и сел на обломок колонны. Анис подошёл к нему, и ассистенты обменялись безмолвными репликами. Анис скрестил руки на груди, лицо его стало злым. Тэнра потёр пальцами веки. Никсы обернулись к ассистентам, и Вася прикрикнул на них, чтобы держали канал. Девица–модуль интерфейса пришла в себя и теперь смотрела на Полохова неотрывно, с ужасом и мольбой.
— Должен быть способ… – неожиданно проговорил Вася.
— Что? – переспросил Тэнра.
— Должен быть способ делать это автоматически! – яростно бросил Полохов. – Я начал выставлять инициалы вручную и уже задолбался. Невозможно. Невозможно. Работа неподъёмная. В Лабораториях такие вещи чинят одним способом!
— Выкидывают и переписывают с нуля, — задумчиво окончил Анис.
— Догадливый!
— Не нравится мне это, — едва слышно проговорил Юэ Тэнраи.
— А мне‑то как не нравится! – истерически взвизгнул Вася и некоторое время выравнивал дыхание, шипя сквозь зубы. Потом велел: – Аналитик, мне нужен перерасчёт системной раскладки. Активируй фракционку в безопасном режиме. Да, я знаю, что это очень больно! Это ненадолго. Потом отключу.
Несколько минут Вася следил за подготовкой расчёта. Он протягивал руку, и в ладонь ему ложилось судорожно извивающееся щупальце–кабель, полупрозрачное, лишь отчасти материальное. На щупальце открывался мультиразъём, похожий на пасть миноги, и Полохов подсоединял его к собственной коже – лицу, шее, рукам. Кабель переставал сокращаться и выцветал, становясь едва заметным. Часть сигнала терялась, Вася раздражённо бубнил про семьдесят процентов, а фигура его тем временем светилась всё ярче. Глаза прикрывали уже не только Никсы, но и Анис с Тэнрой.