5 Глава
Я сидела на подоконнике в своей комнате, обняв колени, и смотрела, как в саду работники подрезают кусты роз.Дверь тихо скрипнула и вошла мама- красивая, сияющая, но, едва взглянув на меня, она замерла.
-Мэй, милая... -она подошла и мягко положила руку мне на плечо. -Почему ты такая грустная? Сегодня такой важный день!
Я подняла на неё глаза, и они мгновенно наполнились слезами.
-Я просто... я очень скучаю по папе, мам.
Мама вздрогнула, и её лицо на мгновение утратило праздничное выражение. Она присела рядом со мной на узкий подоконник, и мы обе замолчали, глядя вдаль. В памяти всплыл его образ: обветренное лицо, добрые морщинки у глаз и запах моря, который всегда исходил от его старой куртки.
-Он так любил эти рассветы, -тихо сказала мама, и её голос дрогнул.
-Вставай, соня! -раздался тихий, шепот отца.
Было еще совсем темно, и я, щурясь от света маленького фонарика, никак не могла понять, что происходит.Папа, смеясь, помог мне надеть кофту.Мы тайком выскользнули из дома и поехали к набережной.Когда мы вышли из машины, небо только начало светлеть, окрашиваясь в нежно-персиковые и фиолетовые тона. Набережная была абсолютно пустой, слышался только мерный рокот прибоя.
-Пап, а почему мы здесь так рано? -спросила маленькая я, кутаясь в его огромную куртку.
Отец присел передо мной на корточки и указал на горизонт, где первый луч солнца коснулся воды, прокладывая золотую дорожку.
-Посмотри, солнце.Это же настоящее чудо, -тихо сказал он. -Каждый рассвет -это начало новой жизни. Посмотри, как море дышит.
-Знаешь, -прошептал он, глядя на бескрайнюю воду, -иногда мне кажется, что море -моё сердце. Оно такое же неспокойное, глубокое .Где бы я ни был, я всегда буду слышать этот шум, потому что моё сердце всегда будет биться рядом с вами.Я посмотрела на него и он кажется понял ,что я не совсем понимаю о чем он .Ведь вдруг он рассмеялся, подхватил меня на руки и начал кружить.Его смех смешивался с криками первых чаек.
-Моя маленькая чайка! -восклицал он, вращаясь всё быстрее.
«Море -это моё сердце», — эхом отозвалось в голове.
Я кивнула, и первая слеза скатилась по щеке. Мама не выдержала, прижала меня к себе, и мы обе заплакали — тихо.Я отстранилась и, вытирая глаза, посмотрела маме прямо в глаза.
-Мама... ты любишь папу? До сих пор?
Мама глубоко вздохнула, поправляя выбившуюся прядь моих волос. Её взгляд стал очень серьезным и бесконечно печальным.
-Мэй, твой отец был моей первой, чистой любовью. Он — часть моей души, часть тебя. Это никогда не изменится.
-Тогда почему... Джордж? — прошептала я.
Мама на мгновение отвела взгляд на пол.
-Я люблю Джорджа, Мэй. По-другому, по-взрослому. Он дал мне опору, когда я думала, что утону в своем горе. Но ты должна понять одну вещь: сколько бы раз я ни выходила замуж, сколько бы счастливых дней ни прожила, от пустоты потери никогда не избавиться. Она всегда будет там, внутри. Просто со временем ты учишься строить свою жизнь вокруг этой пустоты.Она поцеловала меня в лоб и встала, возвращая себе маску будущей невесты.
-Выходим, ведьмочка.-мама замолчала .- Мы не предаем его, Мэй. Мы просто продолжаем жить, как он всегда хотел.-добавила она и ушла.
Она вышла, а я осталась сидеть в тишине. Слова мамы эхом отдавались в голове. «От пустоты потери никогда не избавиться». Теперь я понимала, что нас объединяет с Тимом гораздо сильнее, чем я думала.
Суета достигла своего пика. У главного входа стояла начищенная до блеска машина, слуги грузили чехлы с платьями и чемоданы. Я вышла на крыльцо, крепко сжимая в руках небольшую сумочку.
-Мэй, дорогая, мы с Джорджем поедем в машине с Александром. Нам нужно быть там раньше всех, чтобы встретить первых гостей и флористов, — она мельком взглянула на часы. -Все вещи уже погружены.