-Всё-таки водка... ик... лучше всего, -пробормотал я, чувствуя, как к горлу подкатывает горький ком. Мир окончательно потерял четкость, и я просто развалился в кресле, чувствуя себя мешком с костями.
Джеймс молча отодвинул от меня стакан. Он сел рядом на корточки, заглядывая мне в глаза.
-Да-а, брат, -вздохнул он. -Пойдем-ка домой.
Домой? Слово прозвучало как приговор. Там отец со своей вечной маской успеха, там Анна и... Мэй. Черт бы побрал эту девчонку. Почему она застряла у меня в голове, как заноза под кожей? Она ведь обычная. Никаких модельных параметров, никакой хищной красоты, к которой я привык. В толпе я бы на неё и не оглянулся. Но было в ней что-то... другое. Что-то, что заставляло меня не раздевать её взглядом, а -боже, какая дикость -закрыть собой. Сказать ей, что всё будет хорошо. Утешить.Я её не люблю. Точно нет. Просто она слишком часто лезет под руку, слишком часто смотрит на меня своими огромными глазами. Это просто раздражение, превратившееся в привычку. Да, именно так.
Пьяным, заплетающимся голосом я начал втирать Джею, что никакой дом мне не нужен, что мне надо к Вике, в её апартаменты, где всё просто и понятно: секс, алкоголь . Но Джеймс был непреклонен. Он почти волоком дотащил меня до машины, где я, как только голова коснулась сиденья, мгновенно провалился в забытье.
-Эй, просыпайся! -голос Джея вырвал меня из темноты. -Карета подана, приехали. Вылезай, дальше я сам припаркую.
Я открыл глаза и тут же зажмурился от резкой боли в висках. Злость накрыла волной.
-А почему ты... вообще за рулем? -прохрипел я, едва ворочая языком. -Ты меня чуть не убил, придурок!
-В отличие от тебя, я выпил ровно столько, чтобы довезти твою тушу в целости, -сухо отозвался Джеймс. -Вылезай давай.
Мы медленно, шатаясь, двинулись к входу. Ноги были ватными, непослушными. Я замирал на месте, пытаясь понять, в какую сторону крутится земля.
-Всё, дальше давай сам, -Джеймс легонько подтолкнул меня в сторону лестницы.
Я поплелся вверх, на второй этаж, тихо матеря отца, свою никчемную жизнь и эту бесконечную лестницу. Сил не осталось совсем. Тело стало невыносимо тяжелым, словно гравитация в этом доме вдруг выросла раз в сто, вжимая меня в пол. Я чувствовал себя раздавленным насекомым.
На последней ступеньке нога зацепилась за штанину. Я не успел даже выставить руки — просто рухнул вперед, как подкошенный дуб. Сон и алкогольный дурман окончательно победили. Мне было уже всё равно: пол, кровать или край пропасти.
Внезапно сквозь тяжелую, ватную пелену забытья я почувствовал, как кто-то отчаянно трясет меня за плечи. В нос ударил знакомый, сводящий с ума запах — сочная клубника. Мэй.
Она пыталась перевернуть меня на спину, что-то несвязно шепча. Когда мои глаза наконец смогли сфокусироваться, я увидел её лицо. Она плакала. Нет, она рыдала навзрыд, крупными слезами, которые падали мне на щеки, обжигая кожу. Она смотрела на меня с таким запредельным ужасом, будто я уже был мертв и она видела мой призрак.
-Ты чего... дура? -прохрипел я, едва ворочая онемевшим языком.
Мэй ничего не ответила. Вместо этого она просто прильнула ко мне, уткнувшись лицом в мою мокрую куртку. От её тепла и этого, нелепого порыва на душе стало так пронзительно тихо и спокойно, что я едва не отключился снова прямо там.Но Мэй не позволила. Она, эта хрупкая девчонка, каким-то чудом потащила меня в комнату. Я чувствовал себя огромным, беспомощным обломком скалы, который она упорно тянула за собой.Наконец, моя голова коснулась мягкой, прохладной подушки. Блаженство.Вдруг Мэй вскрикнула — коротко .Я приоткрыл глаза и увидел, как она скорчилась, вглядываясь в пол. Черт. Разбитая рамка. Заплетающимся языком я попытался объяснить ей, где аптечка, указывая рукой в сторону ванной.Когда она закончила обрабатывать рану и собралась уходить, меня вдруг пробрал озноб. Ледяной, колючий холод пополз по венам. Тело начало мелко дрожать, а руки были как чужие — я даже не мог дотянуться до края одеяла, чтобы укрыться.
-Не уходи... -выдохнул я, сам пугаясь своего голоса. -Останься. Мне холодно.
Я почувствовал, как кровать слегка прогнулась под её весом. Хрупкое, теплое тело легло рядом, и я, не раздумывая, придвинулся ближе.
Сон накрыл меня мгновенно, но он не принес покоя.
Я оказался на берегу моря. Небо было свинцовым, тяжелым, а волны — огромными, черными хребтами, бьющими о скалы. Вдалеке, среди этой бушующей пены, я увидел её. Дэбби.Моя сестра отчаянно била руками по воде, её светлые волосы разметались по поверхности. Я бросился в воду, захлебываясь соленой жидкостью, гребя изо всех сил. «Я иду, Дэб!Подожди!»Но стоило мне приблизиться, как рядом с ней из воды показалась Мэй. Она тоже тонула. Я метался между ними, не зная, кого хватать первой. Я начал плыть быстрее, до боли в мышцах, до крика в легких... и в тот самый миг, когда мои пальцы почти коснулись их рук, море с ревом сомкнулось над их головами. Они обе исчезли в бездне. Навсегда.