— Дура ты, Маш, — сказала Вера, пытаясь плечом убрать от лица мокрую прядь светлых волос, выбившихся из хвоста, — здоровье надо загадывать. И любовь.
— Так а я про что? Мужика нормального — для любви, денег — для здоровья.
Пока их перебранка не переросла, как обычно, в жаркий спор, я быстро задула свечи. В голове пронеслось нечто неопределенное — за желание вряд ли сойдет, — но сил подумать над этим уже не осталось.
— Заходите давайте, — сказала я, пропуская девчонок в квартиру и отбирая у них мокрые зонты, чтобы примостить на подставку в прихожей. — Баб Аня как раз чайник поставила.
— А шампанское? — недовольно протянула Зайцева, — не будешь?
— У меня сегодня поезд, — нехотя призналась я, понимая, какую реакцию вызовет это признание.
— Поезд? А как же…
— Сейчас все расскажу. Сильно там льет?
— Как из ведра. Полчаса такси ждали.
Когда с поздравлениями и причитаниями было покончено, мы добрались до кухни. Зайцева принялась соблазнять шампанским не только меня и Веру, которая не очень-то жаловала алкоголь, но и бабулю. Та, конечно, отказываться не стала — бокал «за здоровье внученьки» был почти священной традицией, которая даже за последние несколько лет, когда я отмечала дни рождения не в семейном кругу, не утратила своей силы.
— Деловая, занятая. Бизнесменша наша, — ласково и не без гордости говорила бабушка, нарезая торт. — Конечно, чего тут делать? Надо — значит надо. Отдохнем на том свете.
— А мы? — проворчала Зайцева, вонзая в кусочек шоколадного бисквита вилку. — Нет, и так видимся раз в сто лет… Я думала, ты хотя бы на неделю…
— А я бы тоже тут надолго не задерживалась, — вставила свое слово Вера. — Вот Олежа подрастет, переедем в Хабаровск.
Я отправила Зайцевой предостерегающий взгляд. Вера давно мечтала переехать из нашей деревни в город побольше — сначала планировала после свадьбы, потом — как сыну исполнится год. Теперь уже мечтала отдать его там в школу. Муж ее, наш бывший одноклассник, был вроде как не против, но все у них складывалось не по плану. Об этом, со свойственной ей непосредственностью, движимая праздным любопытством, не забывала напоминать Вере Зайцева — по моим смутным подозрениям, из страха неожиданно остаться в этой глуши одной, без друзей.
— Хм… — Зайцева притянула к себе бокал, — и к чему такая спешка? Там же все работает и без тебя, нет?
Я натянуто улыбнулась в ответ. Вот таких вопросов я и боялась, и потому не говорила подругам о своем приезде. Теперь там точно всё работает без меня.
— Еду на бизнес-форум, — чай был слишком горячий, так что пришлось пригубить еще немного игристого — ужас какого сладкого и остро пахнущего клубникой, — а потом с друзьями на острова. В отпуск.
И даже ни разу не соврала. Вера расплылась в улыбке — она за друзей радоваться могла от всей души. Зайцева, в общем-то, тоже, но свою радость она так открыто никогда не демонстрировала.
— На Бали? — воодушевление в ее голосе больно отозвалось ноющей болью под ребрами. Бали мне точно теперь не скоро светит.
— На наши, местные.
— Правильно, нечего по заграницам мотаться, у нас все свое и не хуже, — сказала бабуля. Ее щеки, чуть впалые после долгой болезни, слегка порозовели. — Ну, вы-то как, девчонки? Что новенького? Видали, мне Майя какую кухню отгрохала?
Бабушка Аня была ярой противницей всего «заморского», так что пришлось сказать ей, что кухню мне сделали на заказ в Москве — на самом деле, я заказала ее онлайн в магазине итальянской мебели. За баснословные деньги, которые когда-то — всего год назад, — для меня были сущим пустяком. Девчонки, конечно, об этом знали: не настолько редко я приезжала навестить их в родной город, — но из вежливости согласились послушать эту историю бабушки еще раз. Потом потянулись бесконечные истории про детей и мужей, и, как бы я ни пыталась, перевести разговор на другую тему не удалось.
— А чего у тебя с глазом-то? — маленькая дрожащая рука бабули потянулась ко мне через стол. — Тушь размазала?
Она слегка чиркнула подушечкой пальца мне по скуле, и это место заныло от боли.
— Ой, и правда, — Вера обеспокоенно всматривалась в мое лицо, — синяк!
Зайцева поежилась и втянула голову в плечи.
— Майка, прости, — жалобно протянула она. — Если б я знала… Хотелось по красоте. Ну, сюрприз же, все дела.
— Прощу, если перестанешь звать меня так, — я ощупала пальцами место, куда прилетела пробка, пытаясь разглядеть степень урона в отражении чайной ложки. — Ладно, собираться пора.
— Мы тебя проводим, — предложила Вера. — Нас потом Дима заберет.
— Заберет, как же, — фыркнула Маша. — Мечтать не вредно.