Андрей прошёлся взглядом по Олесе, убеждаясь, что с ней всё в порядке.
— Так и знал, что нельзя тебя оставлять одну, даже ненадолго, - саркастично прогудел он. - Всё нормально?
— Да, всё нормально. Думаешь, понадобится так много пластыря? - съязвила она при виде бумажного пакета.
Но Андрей молча достал из пакета коробку и вынул из неё белые женские кеды, наслаждаясь произведенным эффектом.
— Ничего себе, - растерялась Олеся.
— Прямо как в фильме “Сбежавшая невеста”, только помни, они не для того, чтобы ты от меня сбежала, - отшутился Андрей, присаживаясь перед Олесей, аккуратно наклеивая пластырь и переобувая её в кеды. — Такие же, как мои чёрные, только женские и белые. Теперь мы с тобой будем выглядеть, как чокнутая парочка в похожих кедах, - он стрельнул в неё глазами.
Олеся склонилась вперед, и пряди её волос образовали каштановую завесу, она поспешно откинула волосы за плечо и внимательно наблюдала за его действиями своим орехово-карим взглядом.
— Спасибо, они классные, просто ты меня удивил, - Олеся прижала ладони к щекам, наблюдая, как он зашнуровывает на ней кеды. - Ты так ловко это делаешь.
— Натренировался обувать Милану, - ответил Андрей, вставая. - Ну, что, так нормально?
— Ммм, превосходно, - прогудела она. - Ты всегда такой предусмотрительный и берешь все заботы на себя? Даже боюсь привыкнуть к этому, - лукаво подмигнула она ему.
Андрей немного засмотрелся на ее улыбку, на ее суперсилу.
— Будешь ещё что-нибудь или прогуляемся? - спросил он.
— Давай прогуляемся, в такой обуви могу гулять хоть всю ночь. - Олеся кинула свои туфли в бумажный пакет.
— Всю ночь не получится - у нас комендантский час в одиннадцать, но немного времени ещё есть, - ухмыльнулся в ответ Андрей и позвал официанта, чтобы оплатить счёт.
Закинув туфли в машину, они пешком спустились на пару кварталов и вышли на широкую прогулочную зону набережной. Стояла тихая безветренная погода. Вечерняя прохлада медленно оседала в соленом влажном воздухе, который, казалось, можно было потрогать на ощупь.
— Уже темнеет, - тихо констатировала Олеся, разглядывая розовую полосу заката вдали и уже сумеречное небо.
Андрей кивнул, и молча накинул ей свою джинсовую куртку на плечи, оставшись в темной футболке. Олеся подошла к перилам, разглядывая такое тихое сегодня и почти ночное море.
— Знаешь, мне сейчас кажется, что я выпала из реальности, будто смотрю на этот вечер с тобой со стороны, - негромко проговорила она.
— Можешь ущипнуть меня, чтобы убедиться, что я настоящий и все происходящее реально, - Андрей накрыл её руку, лежащую на прохладной бетонной поверхности, своей.
Он и сам едва верил в то, что она сейчас рядом с ним, так близко, что он может коснуться ее. Олеся развернулась к нему, спиной облокотившись на парапет. В кедах она стала ниже, чем на каблуках, ей приходилось слегка запрокидывать вверх голову, чтобы смотреть на него. Андрей поставил руки на парапет по обе стороны от неё.
— Попалась? - улыбнулся, ища её взгляд.
Он сканировал её реакцию, и заметил бы, если бы ее тело напряглось в ответ на его действия. Но Олеся только скользнула взглядом по его футболке, затем, встретившись с его глазами, положила руки ему на плечи, позволяя ему находиться в её личном пространстве. Дыхание участилось, а сердце снова позабыло свой ритм. Андрей посмотрел на её губы цвета спелой вишни, такие мягкие и притягательные.
— Ну, что, потанцуем? Мы ведь тогда остановились, - он хотел добавить, что на самом интересном, но не стал.
— Сейчас? Здесь? - В её глазах загорелись лукавые огоньки, - Здесь тоже не танцуют, да и музыки нет.
— Насчет музыки - не проблема, я знаю много партий из мультфильмов, - он заговорщически улыбнулся, обхватывая её талию, притянул к себе и стал медленно покачивать в подобие танца, подпевая фальцетом: - Поверь в себя, живи мечтой, мне руку дай, летим со мной…
Олеся звонко расхохоталась, запрокинув голову. От этого звука и тёплого дыхания, коснувшегося его шеи и подбородка, у него напряглись все мышцы, он неосознанно прижал её к себе ещё ближе. По телу стремительно растекалась эйфория. Олеся заставляла его чувствовать себя живым. И нужным. Ему снова хотелось заботиться, защищать, смешить, целовать, засыпать и просыпаться вместе, в конце концов.
— Ты сумасшедший! - прогудела она, смеясь. - Тебе вообще всё равно, что подумают люди о твоём кошмарном фальцете, - иронично улыбаясь, она подняла на него взгляд бездонных карих глаз.
— Мне, и правда, всё равно, у меня итак плохая репутация. Люблю, когда ты смеешься - эта суперсила даже сильнее твоей улыбки.