Представляться его девушкой, не обговорив с ним эту тему, она не хотела. Пусть он сам назовёт её так, если посчитает нужным.
Улыбка Ивана Петровича после её слов стала медленно таять, затем он не-то кашлянул, не-то крякнул и перевёл взгляд с неё на Андрея.
— Андрей, ты смотри, сам понимаешь… - пророкотал Петрович, затем снова посмотрел на Олесю: - Ты, Олесь, говори, если что…
— Иван Петрович, мне уже говорили, отвечаю за неё своей головой, - решил прервать словесные мучения Петровича Андрей, спрятав улыбку, затем более серьёзно добавил, протягивая Олесе ключи от внедорожника: - Олесь, ты пока подстрой под себя кресло и зеркала в машине, мне нужно сказать Петровичу пару слов.
Олеся взяла протянутый брелок, пикнула сигнализацией и пошла к темно-серому внедорожнику.
Из окна авто она видела, как Андрей с серьёзным видом что-то говорит Ивану Петровичу, который несколько раз вскинул брови и покачал головой в ответ. Может, он рассказывал, как упал и повредил руку, только зачем было при этом отсылать её? Что за тайны?
Через минуту Андрей сел на переднее пассажирское кресло, закинув портфель на заднее сиденье.
— Так. Мы сейчас едем в травмпункт делать снимок, - произнесла Олеся.
Андрей потер пальцами уже колючий подбородок:
— После восьми мне нужно забрать Милану. У нас есть два часа, чтобы поужинать вместе, мне бы не хотелось, чтобы мы пробыли всё это время в травмпункте. Другой возможности побыть наедине сегодня не будет. Я лучше завтра утром съезжу в травму, - пытался предложить Андрей, но Олеся не собиралась слушать.
— Завтра утром ты поедешь с Миланой? Это неудобно. И кто тогда вас повезёт? Нет, Андрей, ищи в интернете адрес и показывай дорогу, поедем сейчас, - Олеся повернула ключ зажигания и плавно тронулась с парковки.
Она заметно нервничала из-за того, что вела чужую машину, всё казалось ей не привычным, но выбора не было. Пришлось вести авто, вцепившись в руль, и неотрывно следить за дорогой. Андрей мягко подсказывал ей, когда лучше перестроиться и где свернуть.
Травмпункт встретил их длинным унылым коридором с лавочками, забитым людьми, ожидающими приёма врача или результатов рентгена. Да, а она наивно рассчитывала, что они сразу получат медицинскую помощь. Откуда столько людей, сегодня какой-то травмоопасный день что ли.
— Не передумала? - спросил Андрей, окидывая взглядом очередь.
— Нет, садись, будем ждать, - вздохнула Олеся.
В итоге они пробыли в травмпункте гораздо больше двух часов. Андрею пришлось позвонить бывшей жене и предупредить, что чуть позже заберёт дочь. Олеся убеждала себя быть равнодушной, но отчего-то ловила каждое слово и каждую интонацию, с которой Андрей говорил с Таней. Ей казалось, она услышит и по голосу поймет, если он до сих пор любит свою бывшую жену. Но, честно говоря, она преувеличила свои способности. Разговор был содержательный и короткий, и Олеся только зря расшатала нервы и накрутила себя, так и не придя к каким-либо выводам.
Всё время, которое они провели в коридоре, Андрей развлекал её историями из жизни, рассказывал то про работу юристом, то про какие-то школьные забавы, и держал её руку в своей, поглаживая большим пальцем и распространяя тепло. Оказалось, что он неплохо учился в школе и даже занимался спортом. Правда, иногда попадал в передряги, как, наверное, все мальчишки. И, глядя на его распухшую руку, в это легко можно было поверить.
Олесе было интересно, каким он был в юности и до их знакомства. Теперь она больше понимала, почему он такой, какой есть: вечно отшучивающийся и язвительный, но при этом такой заботливый, надёжный, просчитывающий наперёд всё, что ей может быть нужно. Он рассказал, что после ухода из семьи отца, его мама часто ему говорила, что теперь он глава семьи и должен заботиться о них, быть в ответе за своих девчонок. Конечно, в чём-то его мама льстила своему колючему подростку, ведь главой семьи, как было понятно, всё равно оставалась рациональная и ответственная мама-медик, пропадающая сутками на работе. Но отпечаток на Андрея это наложило. Даже несмотря на то, что Андрей общался и с отцом, и с его новой семьей, скорее всего, он привык противопоставлять себя отцу, отчего ещё сложнее ему впоследствии было смириться, когда его собственный брак развалился.
Андрею сделали рентген, оказалось, у него несколько трещин в разных костях кисти, он вернулся со снимком на повторный приём, затем ему наложили гипсовые повязки, плюс пришлось заехать в аптеку за обезболивающими.