— Я не собирался обращаться в травму. Перелома ведь нет. Ушиб бы прошёл. Я старался прикладывать лед, чтобы снять отек.
— Хочешь сказать, не нужно было ехать на снимок и накладывать гипс? Тебе почти сломали руку, плюс ударили по ребрам! - начала раздражаться Олеся, не оценив его геройства. Наверняка, он еще и работал за ноутом с почти сломанной рукой.
— Не кипятись, я благодарен тебе за заботу обо мне, - он подошёл и обнял Олесю со спины, чмокнул в щеку и положил колючий подбородок ей на плечо.
Она невольно погрузилась в тепло его тела и стала немного оттаивать.
— Больше не ходи одна пешком в округе, мало ли что у людей в головах вместо мозгов, - тихо и участливо проговорил он.
От его низкого голоса рядом с ухом по её спине и шее пробежали мурашки, крохотные волоски на руках встали дыбом. Она едва уловила смысл сказанного, погрузившись в ощущения от его близости.
— Хорошо, - выдохнула она, понимая, что сейчас так ответила бы на любые его слова.
Он прижал её к себе крепче одной рукой и нежно потерся носом о её скулу.
— Я очень скучал, - прошептал он, затем добавил уже обычным голосом: - Давай ужинать, спасибо, что приготовила.
Кончики пальцев закололо от желания снова прикоснуться к нему. Но Андрей отпустил её и стал раскладывать их нехитрый ужин по тарелкам. Олеся решила не испытывать себя и не накалять обстановку, включила чайник и стала доставать кружки.
На кухне было тихо и уютно, особенно с ним рядом, как-то тепло, как будто она дома. Когда они сели за стол, Олеся подняла взгляд и встретилась с глазами цвета моря и грозовых туч, которые, внимательно и пристально смотрели на неё, и, казалось, видели её насквозь.
— Скажи, что скучала, - негромко произнес Андрей, не прерывая зрительного контакта.
Ей показалось, что это не побуждение, а просьба. Необходимость услышать, что он ей нужен так же сильно, как и она ему.
— Скучала. Очень по тебе скучала, - мягко и утвердительно ответила Олеся.
Губы Андрея растянулись в искренней обезоруживающей улыбке, заставляя её сердце сделать небольшое сальто и забиться в учащенном ритме.
Олеся не успела остановить мысль в своей голове, она пронеслась как скоростной поезд, тараня все ее рациональные и так тщательно выстраиваемые защитные барьеры.
Так могла бы выглядеть их семейная жизнь. Ужины и болтовня вечерами. Обычные хлопоты, он достаёт тарелки, она разливает чай. Они обмениваются событиями дня и планами, спорят, но по-доброму, затем обязательно обнимаются, после мирятся ещё и в постели. В груди полоснуло до боли щемящее чувство, воздух застрял в легких, а в солнечном сплетении пронеслась шаровая молния. Видимо, чтобы окончательно добить себя, она подумала, что в будущем у них могла бы быть семья, дети, плюс они также, как сейчас, забирали бы к себе Милану. Ощущение возможного счастья на грани боли. Она глубоко вздохнула. Эта яркая вспышка догорела и начала рассыпаться серым пеплом. Она слишком далеко и слишком много загадывает. Этого никогда не будет, потому что она скоро уедет и на этом всё закончится. Всего пять свиданий. Не стоит об этом забывать.
— Так что насчёт помощи с уколами? - спросила Олеся, чтобы занять паузу.
— Я мог бы поставить сам, но если вдруг ты настроена отомстить мне за сегодняшний сложный день и захочешь ради удовольствия потыкать в меня иголкой, то пожалуйста, - иронично ответил Андрей.
Олеся коротко рассмеялась в ответ на его выпад.
Она поняла одно, у неё есть только “сейчас”. Он здесь, рядом с ней прямо сейчас. И нужно отпустить все тревожные мысли, и прожить эти моменты, полные ироничных шуток, нежности, желания, искрящейся, как пузырьки в шампанском, радости от того, что он так близко. Других таких моментов может и не быть.
— Знаешь, я подумала, что у нас сегодня почти семейный вечер, - произнесла Олеся лукаво. - Я не была замужем и в отношениях с мужчинами, у которых есть дети, так что это было даже познавательно.
— Насчет семейности - да, так и есть, и ужин сегодня тоже почти семейный, - отвечал Андрей. - Ну и как тебе ощущения? - он внимательно посмотрел на неё, считывая эмоции.
— Как ни странно, приятные. Кажется, я могла бы втянуться. - Подмигнула ему Олеся. - Знаешь, у меня в детстве семейные вечера проходили, конечно, по-другому. У меня родители - научные сотрудники. Мама всегда была прямолинейной, не знающей личных границ, а отец почти всегда отстраненно молчал. Иногда наши ужины напоминали заседания кафедры. Может, поэтому я выбрала такого балагура, как ты.
— Интересно. Но балагуром меня ещё не называли, - усмехнулся Андрей.
— Все бывает в первый раз, - парировала Олеся. — Где мы будем сегодня спать? Ты и я?