Даша с работы стала спрашивать, всё ли у неё в порядке, намекать, что Олеся плохо выглядит. Но кто будет хорошо выглядеть, если почти не будет спать. И если будет тихо тлеть от боли изнутри. Олеся убеждала себя, что справится. Что это не первое расставание в её жизни, и, возможно, не последнее. Нужно просто дать себе время, чтобы забыть. Но пока забыть не получалось. Всё напоминало ей об Андрее. Начиная с утреннего кофе, заканчивая картинкой маяка, случайно выхваченной взглядом со стенда с афишами на улице.
— Может, сходим куда-нибудь, развеяться? - предложила Олеся Даше, когда у них появилась минутка, они болтали у кофемашины.
Олеся с ужасом представляла, что впереди очередные выходные. И она опять останется в своей квартире наедине с собой. Глядя на телефон, будет убеждать себя не звонить и не писать ему. Пометавшись, будет снова ощущать, словно задыхается, в груди будет давить тяжесть, всё вокруг будет не таким, душным, пресным, блеклым. Она итак проходит все эти состояния по вечерам после работы. Но когда впереди замаячили целые выходные, она поняла, что ей необходимо на что-то отвлечься, иначе она просто не выдержит. И решила позвать куда-нибудь Дашу.
— Ну так что? Сходим в кино, например? - поинтересовалась Олеся.
— Когда? Завтра? - удивилась Даша.
Нечасто она слышала от Олеси подобные предложения. Обычно её клещами никуда не вытянешь.
— Да, завтра. Можно и послезавтра тоже.
— Слушай, - замялась подруга, - завтра я хотела пройтись по магазинам, подобрать себе новые туфли, у этих скоро отлетит каблук, - она в подтверждение качнула стопой, обутой в туфли на тонких шпильках.
— Да? Может я составлю тебе компанию? Знаешь, тоже хотела купить себе что-то, - Олеся решила уцепиться за любой шанс, лишь бы не оставаться в удушающем одиночестве.
— Ну хорошо. Неожиданно, конечно. Но пошли, - улыбнувшись, согласилась Даша.
***
В субботу они уже порхали по торговому центру от одного обувного магазина к другому.
У Олеси и до этого болела голова от двухнедельного недосыпа, и пёстрые товары и вывески, проносящиеся вокруг неё, не особенно помогали её состоянию.
Но хотя бы она была занята чем-то, а не упивалась жалостью к себе в своей квартире.
— Как тебе эти? - Даша покрутилась перед Олесей, демонстрируя синие туфли.
Уже десятые, и почти ничем не отличающиеся от девяти предыдущих. Туфли и туфли. Олеся старалась быть терпеливой, ведь она сама напросилась с ней по магазинам. И именно ей нужна сейчас компания.
— Хорошие, - спокойно ответила она.
— Я посмотрю ещё вон те, - ответила Даша, и ушла к продавцу за размером.
Олеся шумно выдохнула, уселась на пуфик и растерла пальцами виски. Взгляд упал на белые кеды, стоящие на витрине напротив. Глаза зажгло, в носу защипало. Он ещё шутил, чтобы она не сбегала от него в подаренных белых кедах, как сбежавшая невеста. Кого она обманывает, она с тем же успехом может продолжать купаться в своей боли дома, если даже в обувном магазине она думает об Андрее.
Внезапно Олеся услышала приглушённый смех и голос. Это его голос. Андрея.
Олеся решила, что бредит, встала и подошла к стойке. Сразу за перегородкой, в нишах которой стояли пары обуви, начинался мужской отдел. Она выглянула из-за стойки с обувью. И увидела Андрея. Сердце ухнуло и забилось в ускоренном ритме, отдаваясь гулом в ушах. В солнечном сплетении прошла шаровая молния. Он действительно здесь. Похоже, покупал лакированные чёрные туфли.
Так любезно общался с девушкой на кассе, которая мило улыбалась ему и что-то щебетала, нарочито медленно упаковывая покупку. Когда Андрей всё же взял пакет с обувью и направился к выходу, Олеся хотела окликнуть его. Но замерла в оцепенении. Она только сейчас в полной мере осознала, как сильно скучала. Как же невыносимо ей было без него. Сердце колотилось в рёбра, дыхание сорвалось. Она жадно ловила каждую его черту, его русые прядки волос, такую любимую легкую небритость, ироничную ухмылку на губах. Он хорошо выглядел, темные брюки, пиджак, рубашка. Такую версию его она ещё не видела, словно он снова стал работать в офисе. Он выглядел свежим, уверенным, легким, в отличие от неё. Она обратила внимание, что на руке красовался гипс. Значит, сходил в травмпункт. Похоже, у него все было хорошо. Он уже вышел в стеклянные двери, а Олеся так до сих пор и не решилась окликнуть его или подойти.