— Волосы? — только и выдавил из себя Исайа.
— Да. Волосы. Вот, смотри, — Аня развязала хвост и распустила копну русых волос, истончившихся и будто посыпанных снегом.
Тритон протянул пальцы и коснулся самыми кончиками тонких нитей — те путались и прилипали к склизкой коже, неприятной паутиной оплетая руки. Всё равно, даже учитывая, что волосы, становясь мокрыми, слипались и превращались в жгуты, как у него самого, мужчина, перебирая локоны, продвигался к самой макушке, пытаясь понять, как они сформированы. Анна сидела тихо и совсем не шевелилась, периферийным зрением наблюдала за тритоном, мечтая и самой его исследовать, рассмотреть, даже лизнуть эту склизкую кожу... но не решалась.
Отодвинув руку, мужчина округлил глаза.
— А… о… Прошу простить меня, я не специально! Сильно больно?! — Исайа задрожал, пытаясь заглянуть в волосы, но уже не прикасаясь.
— Ты о чём? А! — Аня, увидев панику Исайи и то, как он размахивает рукой, пытаясь аккуратно снять оторванные волоски, засмеялась в голос. Мужчина удивлённо поднял брови... или то, что ему их заменяло. — Ты такой смешной! Всё в порядке, люди волосы постоянно теряют, понемногу. Не больно, совсем. Только не пытайся выдрать клок, тогда будет больно.
— О, я понимаю. Это как у нас с чешуёй, да? Если одну потеряю — совсем не страшно, но вот содрать таких несколько — и будет ужасно жечь, — успокоился мужчина.
Аня перебросила волосы на плечо и заново стянула резинкой. Тритон тихо разочарованно вздохнул, но не сказал ни слова.
— Так, дорогой мой, долго так сидеть не будем, я сейчас помою ванну и налью морской воды. Добавлю чуть-чуть тёплой — надеюсь, тебе сгодится. Ладно? И мазью рану помажем. Вокруг, саму трогать не стану, — Аня широко улыбнулась, снова подавив желание сесть обратно и внимательно рассмотреть странное существо. А так хотелось! Рановато — он всё ещё был напуган.
— Ещё раз благодарю, Аня, — прошептал русал, и совсем чуть-чуть, как аристократ, склонил голову.
Женщина, чьё сердце всё это время было сжато до размеров крошечной песчинки, отдаваясь глухой болью в висках, осточертевшей горечью сопровождая каждый шаг, готова была поклясться, что в серебряных омутах увидела искреннюю веру, а кровь с удвоенной скоростью побежала по артериям и венам.
— Пожалуйста… — почти не шевеля губами, шепнула Аня, убегая в коридор, сжимая мокрыми ладонями красные щёки.
Глава 4: Мы остаёмся
Шум прибоя разбавляли крики голодных чаек, круживших над бескрайней синей гладью воды. Солёный воздух оставлял после себя приятный горьковатый привкус, который беспощадное июльское солнце вплавляло в волосы отдыхающих на песчаном пляже. Кристаллики забивались под тугую ткань плавательных костюмов, желая оставить на людях частичку лета, чтобы те унесли её домой.
Максим черпал воду из свежевырытой канавки, поливал тонкой струйкой песок, создавая вязкий и липкий материал для строительства. Несколько башенок и большой амфитеатр уже подсохли на июльском солнце, и всё строение ожидало обновления: вскоре пики на крышах домиков будут покрыты перламутровыми ракушками, а в середине всей конструкции расположится целый сад из мелкой гальки, заранее натасканной с обочины дороги. Аня, прикрыв лицо широкополой соломенной шляпой, подставила солнцу густо намазанный солнцезащитным кремом живот.
— Мам, когда купаться пойдём? — раздалось сбоку, заставив Анну напрячься.
— Ещё немного позагораем и пойдём, — спокойно ответила женщина, почесав бедро.
— Ну мам, мы уже полчаса сохнем! — заныл белокурый малыш, откладывая в сторону груду мелких ракушек.
— Десять минут, Мась, — прозвучало устало, раздражённо.
Аня проваливалась в дрёму — разморенная, расслабленная, уставшая. Восемь дней работы по двенадцать часов практически без отдыха пагубно влияют на организм, расцветая синими кругами под глазами, разбивая мышцы судорогой. От «наклеенной» на лицо улыбки сводило мимические мышцы. Числа и строки, неустанно горящий механическим светом монитор компьютера, ухудшающий и так уже отрицательные значения зрения. И вот, единственный выходной за такое долгое время. Максим очень хотел провести время с мамой, так как работа занимала большую часть её жизни. Не придумав ничего путного, Анна повела сынишку к его любимому морю. Чем-чем, а изучением морских обитателей сын занимался увлечённо — собирал ракушки, читал книжки с картинками, рассматривал яркие рисунки самых разнообразных существ. Так что поход на берег был отличным времяпрепровождением как для уставшего организма женщины, так и для увлечённого ребенка.