Первое: русалки и тритоны — вовсе не вегетарианцы. Когда настал момент подавать ужин, Аня оказалась в ступоре. Исайа всё ещё её опасался, и она не хотела долго говорить с ним, боясь показаться глупой или навязчивой. Казалось, что она его раздражает и напрягает.
Купив банку салата из морских водорослей, Аня выложила всё на тарелку на кухне и внимательно рассмотрела. Анна смотрела на салат, салат смотрел на Аню. Предлагать тритону рыбу женщина посчитала каннибализмом. Он же сам рыба, а значит, подавать ему ему подобных было бы странно, не так ли? Поэтому, когда женщина стояла в магазине, долго вглядываясь в мёртвые холодные глаза, она взяла баночку морского салата. Ещё был вариант купить корм для морских рыбок, но это было бы уже издевательством.
Когда зелёная субстанция качнулась в руках Ани при поднятии со стола, в голове всплыло довольно логичное умозаключение, что стоило всё же спросить. Но что сделано, то сделано, и Аня гордо направилась в ванную комнату, которая стала приютом для тритона.
— Исайа, я вхожу, — быстро постучав, женщина вошла в ванную. — Я тут тебе ужин принесла. Надо было раньше спросить, но я поспешила. Такое ешь? — женщина быстро поставила на уголок ванны тарелку с салатом и отошла на два шага назад.
Русал изогнул бровь, с сомнением посмотрев сначала на человека, потом на подозрительно выглядящую, но вроде бы знакомую еду. Зачерпнул горсть, понюхал и попробовал кончиком языка.
В душе Аня ликовала от того, что Исайа, по крайней мере, принимает то, что она даёт.
Мужчина положил горсть обратно, поморщился и отодвинул тарелку, выдавая свою брезгливость. Гордо выпрямился и посмотрел на Аню так, будто она — самое глупое существо во вселенной.
— Что-то не так? — женщина почувствовала себя провинившейся горничной, и ей это не понравилось. Какого черта она перед ним распинается?
— Ты меня за креветку принимаешь? — прошипел мужчина, вглядываясь в глаза Анны. — Или за планктон какой-нибудь?
Женщина покраснела, удивлённо вскинув брови.
— С чего ты взял?! Это салат, мы его тоже едим, — женщина подошла и, взяв пригоршню, положила себе в рот, думая, что мужчина посчитал еду отравленной.
— Это водоросли, — Исайа брезгливо наблюдал. Аня съела горсть травы и широко улыбнулась, тем не менее, ощущая себя полной идиоткой.
— Да что не так? — женщина начинала злиться.
— Никогда бы не подумал, что люди едят еду пресмыкающихся, — уже с задумчивостью произнёс тритон, поежившись. — Хотя ты вроде разумная. У всех разные вкусы, конечно. Наш слуга, вот, любил креветок ловить, но в них же совсем нет мяса… — русал задумался.
До Ани дошло.
— О… стоп, тогда что вы едите? — наконец задала логичный вопрос она.
Исайа посмотрел на неё удивлённо, теперь точно сомневаясь в её умственных способностях.
— Рыбу, конечно! Некоторые любят и моллюсков, но мне они кажутся гадкими, — тритон откинулся на борт ванны.
Аня встала столбом, а потом вдруг рассмеялась. Исайа удивлённо ждал, когда женщина отсмеётся.
— Но ты же… — женщина смутилась, она даже не знала, как корректно спросить. — Разве это не друзья ваши меньшие… Ну, разве рыбы и русалки не одного вида?
Вот тут настало время смеяться тритону — заливисто, громко, разбрызгивая воду... Даже сама женщина невольно заулыбалась — она впервые увидела его таким расслабленным, и готова была признать: осознание того, что этому существу хоть немного легче, делает её счастливой. Слишком резкие движения всё же принесли боль, Исайа скривился и зашипел, прикладывая ладонь к ране. Мужчина несколько раз вдохнул через нос и выдохнул через рот, попытался втиснуться в ванну глубже, давая жабрам больше воды.
— Мы выше рыб — мы разумны, а они — лишь скот, — Исайа повернулся к Анне, показывая свои острые зубы. — Мы охотники. Хотя есть те, кто способен нас понять: дельфины, киты... Акулы тупее и очень опасны. Но мелкие рыбы — лишь мясо, — тритон прикрыл веки.
— То есть, вы — хищники, — пожала плечами Аня, всё ещё отказываясь воспринимать существо перед собой равным человеку. Она до сих пор воспринимала его как нечто, чуть умнее зверя. И мужчине это не понравилось.