— Бросила! Развернулась и бросила! Что я за подруга после этого?! Она же невменяемая была! Ра-а-я-а-а! — ревела Света на коленях у подруги, вздрагивая всем телом.
Рая лениво гладила её по рыжим волосам, смолила крепкую «Яву», выдыхая сизый дым к потолку маленькой кухни. Она не спешила давать советы, не спешила утешать — спокойно ждала, когда слёзы кончатся и рассудок вернётся. Медленно, но верно Светлана успокаивалась, плечи её вздрагивали всё реже, а всхлипывания были слышны всё реже. Рая затушила сигарету в старой чашке, служившей ей пепельницей, и посмотрела вниз. Света подняла заплаканное, измазанное потёкшей косметикой лицо, чтобы посмотреть на подругу.
— Успокоилась? — совершенно бесстрастно отозвалась Рая.
— Угу.
— А теперь давай говорить на человеческом языке. — Рая достала новую сигарету.
Блеснул огонёк зажигалки, и на всю кухню снова распространился удушливый запах дыма, заволакивая лёгкие, впитываясь в кровь смоляной отравой.
— Светка, послушай. Ты ей не мамочка. Присматривать за ней ты не обязана, она взрослая девочка. Конечно… — Рая замерла, рассматривая огонёк на кончике сигареты, — ...ужасно потерять ребёнка. Не представляю, что со мной было бы, если бы кто-то из моих драгоценных ушёл раньше меня. Даже думать об этом не буду. Но, Света... это не твоё горе. Да, мне тоже её жалко, но ты сама можешь утонуть в этом. — закончив, Рая глубоко затянулась и строго посмотрела подругу в глаза.
Света прикрыла покрасневшие веки. Раздумывая над сказанным, она понимала, что Рая, несомненно, права. Аня должна справиться, как бы тяжело ни было, а Света не обязана быть нянькой. Но всё же… всё же… Они же подруги. Несмотря на обиду, Светка не могла быть такой же хладнокровной, как Рая.
— Да, знаю я, Рай. Но она совсем одна, у неё, кроме меня, никого нет, — вновь всхлипнула Света, мучимая совестью.
— И чё, б**ть?! Мы все одни, Света! — Райка затушила сигарету и отхлебнула холодного пива из большой кружки.
— Я только проведаю её. Ты бы тоже к ней зашла. Может, ей работу подыскать? Должна справиться. Я уже больше месяца у неё не была —не спилась ли? — Света тоже пригубила пива и взяла из пачки тонкую ментоловую сигаретку.
— Я была, но она меня даже слушать не стала, — обречённо вздохнула Рая.
— Когда?
— Через неделю после поминок зашла, но Аня была пьяная. Я её уложила — смотреть не могла на неё такую. Врача вызвала, посоветовали психиатра. Но как она потом в общество-то? Справка испортит ей всю жизнь. Больше не смогла к ней заходить — знала, что ты там бываешь. Да и испортились отношения у нас после Кости, пересекались пару раз, да с сыном всё. — Рая сложила руки на коленках, сейчас менее грозная, смягчившаяся в сострадании старой знакомой. — Может, ты и права. Давай вместе зайдём, может, у меня на складе работку подкину. Девка-то она толковая. — Рая улыбнулась.
Света подняла свою кружку, намекая, что за это стоит выпить. Рая поддержала подругу.
— За Аню! — воодушевлённо воскликнули женщины, выпивая до дна.
***
Аня хлопотала в ванной рядом с русалом, притащив кубик Рубика, несколько книг и что-то в пакете. Исайа внимательно наблюдал, свесив голову набок и пытаясь подцепить то одну странную вещицу, то другую, но каждый раз получал по пальцам.
— Что это всё такое? — мужчина спрятался за бортиком, больше не решаясь трогать вещи, ожидая разъяснения.
— Развлекушки тебе, дорогой. Я устроилась в магазин неподалёку на полставки. А тут тебе, для ума, пара книжек с картинками. — Аня поочерёдно показывала «гостю» то один предмет, то другой. — А, и самое главное… — она развернула пакет. — Телефон. Если что-то срочное — просто нажми два раза на эту кнопку, и ты сможешь со мной связаться. Но звони только в экстренных случаях, ладно? — женщина показала, что нужно делать, и почему эта штука в пакете. Не очень удобно, согласилась Анна, но если часто ронять мобильники в воду — на новые денег не напасёшься.
Русал разглядывал вещи с любопытством, не находя никаких сходств с предметами обихода подводного царства.
Исайа размышлял, глядя в одну точку перед собой и периодически тяжело вздыхая.
«Неужели мать и правда даже не стала дожидаться сына, собрала всю стаю и уплыла? Звала ли?».
Скорее всего, он просто не успел, не услышал горестного зова, а мать поступила верно — вся стая могла замёрзнуть в этих водах. Ничего, наступит весна, и все вернутся, он дождётся. Исайа снова вздохнул.
— Ну что ты опять сник? Всё хорошо. — Аня даже не спрашивала о причине его печального взгляда. Женщина старалась не раскисать, поддерживала «гостя» и радовалась, что за это время они притерпелись, и Исайа привык к тесной ванне. — Ну-ка, покажи мне рану.